# Алкогольно-табачная операция

Алустон Ал

Алкогольно-табачная операция


Среди ночи Обушка поднял по тревоге дежурный.

- В Казаковке грабят водочный магазин! Срочно на выезд!

Обушок пошевелил пальцами правой ноги, задумчиво на них посмотрел.

- Ну и шо? Казаковка - не наш город, он вообще ничей. И мало ли кто кого грабит? При чем тут моя "коробка"? Вот еще, станет выезжать главная броня отряда из-за всякой ерунды! В Казаковке менты есть. Если им страшно, пошлите им на помощь "тачанку"...

Обушок снова улегся и закрыл глаза.

- Так грабители - солдаты ВСУ! Приехали на БМП!

Обушок резко вскочил с кровати.

- Ты когда научишься докладывать? Грабители... Так бы и сказал, бронетехника бандеры проводит налет на нейтральный город.

Мотострелок принялся быстро одеваться.

- Рыбака вызвали?

- Вызвали... И десантная группа почти собралась. С пулеметами и РПГ.

БМП была серьезным противником. И серьезным трофеем, если повезет.

- Наблюдатели на месте?

- Не знаю. Мне Ломоть ничего не говорил.

Обушок выяснил детали у командира десантного отделения - да, наблюдатели были на месте, кроме того, обстановку докладывала охрана магазина (магазин оказался сетевым супермаркетом) и милиция Казаковки.

Наводчик присмотрелся к вооружению десанта - два пулемета Дегтярева, два РПГ-7, АК-47, гранаты РКГ-3, а также обычные для ополченцев гранаты РГШ. Для уничтожения БМП с десантом вполне могло хватить - если застать их врасплох.

Казаковка была в полутора часах езды по шоссе, но если ехать через овраг, можно было успеть быстрее. Гусеничный ход позволил "коробке" спуститься, а затем подняться по косогору. БМП въехала в Казаковку, не встретив ни сопротивления, ни даже признаков присутствия солдат хунты или хотя бы местной милиции. Обушок заметил себе на будущее, что "коробка", имея такую проходимость, позволяет атаковать с самого неудобного и потому слабоохраняемого направления.

Командир десанта, находящийся в башне, связался по рации с наблюдателем. Немного проехавшись по городу, БМП остановилась и высадила пехоту. Затем наблюдатель стал выводить машину на цель.

- Разверни пушку на девять-тридцать. Включай стабилизатор, выезжай.

Рыбак полным ходом вывел машину из-за угла и подскочил к бандеровской БМП. Пушка Обушка была нацелена на башню вражеской "коробки".

Солдаты ВСУ, таскавшие упаковки и ящики из магазина в десантный отсек своей машины, растерянно остановились.

Прикрываясь броней БМП, к магазину подбежали бойцы ополчения и взяли солдат ВСУ на прицел.

- Сдавайтесь! - приказал командир ополченцев.

Солдаты застыли в нерешительности. В это время из бандеровской БМП послышался забористый мат, а ее башня начала поворачиваться в сторону машины Обушка.

Наводчик произвел выстрел осколочно-фугасным снарядом, намереваясь контузить экипаж противника. Но снаряд пробил броню башни и разорвался внутри. Из открытых люков брызнула кровь.

Солдаты, опустив коробки и ящики на асфальт, подняли вверх дрожащие руки.

Со своего места выполз контуженный мехвод машины ВСУ и замер на броне, потеряв сознание.

Но не все мародеры были обезврежены. Со стороны магазина очередью по БМП Обушка ударил автомат.

- Всем назад! - раздался истеричный вопль. - У меня заложники!

Прикрываясь продавщицами магазина, в дверях стоял бандеровец с автоматом наизготовку. Где-то позади него были еще мародеры, оравшие на персонал и покупателей. БМП-2 могла вместить в десантном отсеке и на броне добрых два отделения.

- А у меня - пленные! - не растерялся командир ополченцев, показывая на стоящих с поднятыми руками солдат. - Отпусти "мирняк", я отпущу твоих - и разойдемся!

В ответ бандеровец дал еще одну длинную неприцельную очередь, бессильно простучавшую по броне и ушедшую вверх. Сдавшиеся солдаты ВСУ быстро упали наземь и прикрыли головы руками.

- Дай ему по башке, - приказал командир по рации Обушку.

Наводчик зарядил пушку бронебойным - чтобы не давать осколков - навел ее прямо в лоб мародера.

- Я убью их! - заорал тот, поливая вокруг из автомата. - Все назад! - он плотнее прижал к себе зареванную продавщицу.

Обушок выстрелил. На таком расстоянии, да еще с оптическим прицелом он не промахнулся. Снаряд взорвал голову мародера, затем прошив потолок, крышу и уйдя вдаль. Продавщица, забрызганная кровью и ошметками мозга бандеровца, упала без сознания.

Никакого практического смысла стрелять из пушки по одиночному пехотинцу не было - никакого, кроме психологического. Грохот пушки и фонтан крови произвели ошеломительный эффект. Остальные мародеры бросились бежать через запасной выход и были переловлены ополченцами.

Командир десантников занимался осмотром трофейного оружия и допросом пленных, когда к магазину подъехала крутая иномарка, из которой вышел водитель в бронежилете и с помповым ружьем, открыл дверцу салона, а из нее выбрался крупный господин в спортивных рейтузах, шлепанцах на босу ногу и цветастой майке.

- Я хозяин магазина, - заявил он важно, поправляя рейтузы на объемистом животе. - Что здесь произошло?

- Произошло нападение бандеровских мародеров, - сообщил командир десантников.

Он вытолкнул вперед администратора магазина, тот, сбивчиво и невнятно, рассказал все с самого начала и подтвердил заявление ополченца.

- Товар цел? - задал самый важный вопрос бизнесмен.

Выяснилось, что товар почти весь цел. Мародеры выпили на месте две бутылки водки, пол-ящика пива, разбили кассовый аппарат, доставая из него деньги. Остальное - спиртное и сигареты - было в десантном отсеке расстрелянной БМП и в коробках, которые не донесли до машины.

- Забирайте товар, - велел бизнесмен подчиненным, те бросились к стоящим рядом с пленными коробкам и уволокли в магазин. Затем нерешительно приблизились к расстрелянной БМП.

- Там кровь... - нерешительно сказала одна из продавщиц.

- Еще там два члена экипажа, в которых попал осколочный снаряд из пушки, до 500 пушечных снарядов боекомплекта, до 2000 пулеметных патронов. Возможно, еще гранатомет с гранатами, - дополнил картину ополченец. - У кого саперная подготовка, лезьте первым, проверьте, безопасно ли.

Саперной подготовки ни у кого из сотрудников магазина не оказалось.

- Но товар ведь надо достать! - возмущенно воскликнул бизнесмен.

- Я бы не беспокоился о товаре в машине. Я бы беспокоился об остальном товаре. Машина подбита, может загореться, а в ней боеприпасы и горючее. Все это в десяти шагах от магазина. Кстати... вы бы вашу девушку с крыльца отвезли в больницу. Она без сознания.

- Да, точно! - спохватился бизнесмен. - Закрыть все жалюзи, достать все огнетушители, чтобы были под рукой! Все гидранты развернуть и подключить к водопроводу!

Он обратился к ополченцу:

- Отгоните танк от магазина подальше, пожалуйста!

Танком он назвал БМП-2 - за гусеницы, башню и пушку.

Ополченец помедлил, с сомнением хмыкнул:

- Опасное это дело. К вам "коробка" приехала, вы и разбирайтесь. И заодно с экипажем разберитесь. Если в башне еще живы, то скоро умрут. Похоронить надо. Мехвода на лечение надо определить. И если в башне кто жив - тоже. Зачем мне все эти проблемы? Я ваш магазин, ваших людей защитил, бесплатно, между прочим. Чего вы еще хотите? Да, и девушку вашу с крыльца уберите, разве так можно?

- Унесите Маринку в подсобку, умойте, посмотрите, что с ней, - махнул своим бизнесмен.

- Ты, конечно, помог мне, но зачем было дырку в потолке делать? - с досадой спросил хозяин магазина у командира ополченцев. - Ремонт денег стоит. Ладно, не парься, за дырку я к тебе не в претензии, так и быть... Отгони эту рухлядь, я тебе пятьсот гривен дам, - он сделал жест в сторону расстрелянной БМП. - И товар, что внутри, весь твой.

- Ты бы со мной не торговался, - посоветовал ополченец. - Из "коробки" уже дымком попахивает. Вывози из магазина все, пока не рвануло, и людей в первую очередь спасай.

- Шестьсот гривен дам! - отвечал бизнесмен. - Семьсот! Восемьсот!

- Бойцы, в машину! Уезжаем! - скомандовал своим командир ополченец и полез на башню БМП.

- Дневную выручку даю! - возопил бизнесмен. - Не бросай нас!

- Пленных - в десантный отсек, - командовал ополченец, - проверить, как связаны. Обыскать на всякий случай...

- Двухдневную выручку даю! - бизнесмен попытался влезть на броню, но нога в шлепанце соскользнула, и он больно ударился коленом. - Ну режь меня, даю выручку за три дня!

- Механик, заводи! - скомандовал ополченец, БМП взревела мотором и скрежетнула гусеницами.

- Недельную! - взвыл нечеловеческим голосом бизнесмен. - Недельную выручку даю!

- Не будет у тебя выручки. И магазина скоро не будет. Эвакуируй людей, пока не рвануло, - с этими словами командир исчез в башне и захлопнул люк.

- Двадцать ящиков водки! - провозгласил бизнесмен, и вновь полез на броню. Один шлепанец свалился с ноги и упал между катками гусеницы.

Командирский люк задумчиво приоткрылся.

- Это вдобавок к недельной выручке?

- Да!

- И к товару, что внутри машины?

- Да!

- И о Маринке позаботишься?

- Да!

- Принято! Механик, слушай мой приказ!

- Слушаю! - с готовностью выкрикнул Рыбак.

- Взять на борт двадцать ящиков водки!

- Есть!

Бизнесмен недоуменно следил за событиями.

Тем временем бойцы спрыгнули с брони и в сопровождении администратора магазина отправились за водкой.

- А как же... Отгоните эту... - он показывал на расстрелянную БМП и теребил майку на груди.

- Механик! - продолжал командовать ополченец. - Надеть противовзрывное снаряжение!

- Есть! - крикнул Рыбак, и нахлобучил каску, затягивая под подбородком ремешок.

- Всем гражданским удалиться на двести метров! - потребовал ополченец. - Взрывоопасно! Пожароопасно! У стекол не стоять!

Персонал магазина поспешно исчез за углом, бизнесмен уехал на машине в дальний конец улицы.

Ополченцы стащили с брони контуженного мехвода ВСУ и уложили его в сторонке. Рыбак осмотрел захваченную "коробку" изнутри:

- Вроде ничего, - сообщил он.

Ополченцы вытащили из башни командира и наводчика-оператора расстрелянного БМП. Тела были еще теплые - возможно, что и живые. Их уложили поблизости от мехвода и велели администратору магазина вызвать "скорую".

Потом Рыбак сел за руль, взял с собой двух ополченцев, и повел подбитуюБМП к городской окраине. Там он оставил "коробку" с охраной из одного бойца, со вторым пошел обратно, благо Казаковка была небольшой.

- Вызови подмогу, нужен еще один водитель - трофейную БМП перегнать, - попросил Рыбак командира десантников.

Он назвал загородный перекресток, рядом с которым оставил машину.

"Скорая" тем временем прибыла, осмотрела Маринку, забрала одного из раненых солдат ВСУ. С оставшимися возился санитар, дожидаясь новых рейсов микроавтобуса с красным крестом. Выпущенный Обушком снаряд разбил прицельное и стабилизационное оборудование, но экипаж, похоже, выстрел пережил. Наводчик воспринял это с облегчением.

***

Увидев, что Рыбак вернулся живым и невредимым, причем вернулся довольно быстро, бизнесмен заподозрил, что продешевил.

- Эти гады должны пожалеть, что "наехали" на меня! - заявил он командиру десанта, указывая на пленных. - Отдай мне их, я их в бараний рог скручу! Падлы, недельную выручку из-за них потерял, еще товар, сорок ящиков водки, на ремонт крыши "налетел"!

- Разберемся, - успокаивал его ополченец.

- Чего разбираться? Давай их по законам военного времени - к стенке! - бушевал бизнесмен, хлопая резинкой рейтуз по животу. - Шестьдесят ящиков водки, подумать только!

Командир десанта держался, но бизнесмен дозвонился до Калиты, с которым иногда вел дела, и заставил того подключить к проблеме Колуна.

- Какие восемьдесят ящиков водки? - переспросил командир отряда. - За БМП? "Вторую"? Ну отдай, оно стоит того. Что? Нам дали водку за то, чтобы мы забрали БМП-2 себе? Это как это?

Лишь после обстоятельных разъяснений Колун понял, что в Казаковке назревает самосуд над мародерами. А из этого самосуда вполне может произойти восстание против хунты. Восстание, опирающееся на ресурсы одного из местных "олигархов". Это серьезно, и этим нельзя пренебречь.

Колун поднял Шинданда и Лемеха, всех бойцов комендатуры и резерва. Шинданд с взводом пехоты остался командовать в Ивановке, а весь остальной личный и командный состав, вся бронетехника отправились в Казаковку.

***

Светало. Около магазина стал собираться народ, выкрикивая угрозы и проклятия в адрес мародеров. Пленные испуганно прятались за спины ополченцев.

Бизнесмен съездил домой, переоделся, и теперь важно выхаживал в брюках и белоснежной рубашке с дорогим галстуком. Он с ненавистью посматривал на солдат ВСУ, измышляя всяческие наказания.

Народ расступился перед "командирским" БТР, на котором приехал Колун. Чуть дальше встали еще два БТР, один из которых был с пулеметной турелью на крыше неисправной башни. На соседней улице остановился микроавтобус и два грузовика с бойцами.

- Расстреляй бандеру! - выкрикивали из толпы.

- Долой оккупантов! Сколько можно терпеть!

- Бей их!

- Где наша власть? Кто нас защитит?

Колун поднял руку, призывая к тишине, толпа замолчала.

- По какому поводу митинг? - поинтересовался он.

- А ты не видишь?

- По поводу бандеровского беспредела!

- Хотим судить мародеров!

- Надо что-то делать, нас режут, как овец!

- Восстанем против Киева, сколько можно!

- У меня вчера брата избили!

- У меня машину отжали!

- У меня деньги отобрали! И грозили в СБУ посадить!

- У меня сумку вырвали!

- Ко мне через окно влезли, все вынесли!

- Я дочку на улицу боюсь выпускать!

Колун снова призвал людей к тишине.

- А что местная власть, что милиция? - осведомился он.

- Да ничего! - крикнули из толпы. - Всего боится, только себя защищает.

- Мы бандеру сейчас сами разорвем! - люди тянули руки к пленным.

- Выберите себе другую власть, - предложил Колун.

- Ты что, сдурел? Когда это на выборах от народа что-то зависело?

- Выборы неизвестно когда, а нам защита нужна прямо сейчас!

- Ментов разве можно выбирать? А депутаты что против танка сделают?

- И менты не сделают ничего!

- Нам нужна власть со своими танками! Тогда отобьемся!

- Принимай город, батька! У тебя вон какое войско!

- Дай нам оружие, мы тоже будем воевать! И танки у бандеры отобьем!

- До Киева дойдем!

Колун поднял руку - толпа стихла.

- Я могу дать вам оружие. Помогу защититься. Вы уверены, что народ Казаковки готов биться?

- Да!

- Нас все равно бьют, уверены мы или нет! Так что деваться некуда!

- Все так думают!

- Все ждут наших!

- Сейчас российский флаг принесем!

Колун вмешался:

- С флагами погодите... Выберите трех человек в президиум митинга, надо составить резолюцию.

- Это где митинг?

- А-а! Мы - митинг! Мы не просто так!

В президиум вошли две женщины средних лет и дедок с палочкой.

"Да, с таким активом только воевать", - скептически сказал себе Колун.

Дедок оказался на удивление толковым. Впоследствии Колун узнал, что тот работал в горисполкоме в советское время.

Резолюция митинга была следующей:

-- Признать собственные силы Казаковки недостаточными и неспособными к защите жителей от преступности и нападений незаконного киевского режима.

-- Обратиться к Вооруженным силам Новороссии в лице ополчения Ивановки (командир - позывной "Колун") за защитой.

-- Предложить Колуну всю полноту военной власти в Казаковке, включая организацию военных трибуналов.

-- Потребовать проведения военного трибунала над мародерами.

Резолюция была зачитана собравшимся, одобрена и подписана членами президиума от лица митинга и от имени населения Казаковки.

- Народ, слушай мой приказ! - обратился Колун. - Отвечая на обращение жителей Казаковки, выраженное на народном митинге, принимаю на себя военную власть в городе! Трибунал над мародерами состоится сегодня же!

А теперь все желающие могут записаться в народное ополчение, а также собирать продовольствие и обмундирование для бойцов. О бандеровском и уголовном элементе можете сообщать... - он подозвал к себе командира отделения и указал толпе, - этому бойцу, его позывной "Косарь".

***

Пока Колун митинговал, Ломоть расставил скрытые посты на въездах в город неподалеку от милицейских. Эти посты усиливали уже имевшихся наблюдателей и могли на несколько важных минут связать боем силы противника. Также скрытые посты были размещены у здания ОВД, мэрии, военкомата, пожарной части. Военных подразделений в Казаковке не было.

Немедленно была отключена проводная и мобильная связь - город был Ломтем изучен давно и хорошо, так что неразберихи и растерянности не возникло.

Колун же сразу после митинга всей своей колонной - для произведения эффекта - объехал город, занимая ключевые административные здания и размещая там боевые группы. Время было раннее, помещения еще пустовали, так что все прошло штатно. Милиция была, в основном, уже "перевооружена" раньше, как и военкомат. В призывном пункте Колун поднял списки мобилизационного контингента, выискивая обладателей дефицитных специальностей. В ОВД из СИЗО на принудительные фортификационные работы были направлены находившиеся там наркоманы, хулиганы и дебоширы.

Также на фортификационные работы была мобилизована местная строительная техника, из Ивановки ожидались грузовики с железобетонными колпаками для огневых точек и маскировочными сетями.

Закончив с ключевыми зданиями, Колун посетил телецентр, отключил ретрансляционную аппаратуру и оставил двух дежурных. Бандеровскую пропаганду следовало гасить сразу же.

После этого Колун занялся первыми лицами города.

***

В дверь особняка мэра решительно застучали.

- Пан мэр, срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал!

Мэр быстро одевался, а "тревожная" сумка была уже наготове. Хоть Казаковка и была нейтральной в военном отношении, в административном все местные начальники признавали власть хунты, а кое-кто был даже недавно назначен.

***

- Пан прокурор! Срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал...

***

- Пан полковник! Срочная эвакуация! В городе русские танки!

- Я так и знал!

***

Под видом бронетехники хунты, эвакуирующей местное начальство, выступал трофейный БТР ополчения, на котором не было никаких опознавательных знаков. Позже ВСУ начнут наносить двойную белую линию на свою технику, чтобы отличать ее от машин защитников Донбасса.

"Эвакуированное" начальство с чадами и домочадцами свезли в один из пустующих заводских цехов на окраине Казаковки. Основная масса была - депутаты горсовета, местные предприниматели, по странному совпадению - все сплошь бывшие начальники ОВД, отставные прокуроры, судьи, работники мэрии. Их успехи в предпринимательстве были связаны с выгодными землеотводами, почти бесплатной арендой помещений, льготными кредитами, сверхприбыльными муниципальными заказами.

Малый и средний бизнес Казаковки практически полностью принадлежал действующим и бывшим чиновникам, а также бандитам. В биографиях некоторых господ эти две карьерных линии совмещались.

Еще в Казаковке было два действующих завода, входящих в олигархические империи.

Собравшиеся с недоумением и с нехорошими предчувствиями смотрели на столы, за одним из которых сидел местный нотариус, за другим - лидер местного отделения Маниакальной партии Ляшко.

К ним вышел Колун в балаклаве.

- Панове! Вы находитесь на сборном эвакуационном пункте. В ближайшее время мы ожидаем прибытия вертолета. Резервный вариант - эвакуация на автобусах. Прошу соблюдать спокойствие.

Город продолжит сопротивление, для управления вашей собственностью настоятельно рекомендую написать доверенности на пана Бучнюка, - Колун показал на партийца-маниакала. - Вы все знаете его как решительного сторонника демократии, европейского выбора и верного наследника дела Бандеры, небесной сотни, Турчинова и Яценюка.

Каким образом у живых Турчинова и Яценюка образовался наследник, Колун пояснять не стал.

Бучнюк, весь бледно-зеленый (возможно, из-за неудачного освещения?), сдавленно кивнул присутствовавшим.

- Кто откажется оформлять доверенность, - продолжал Колун, - эвакуирован не будет. Пусть защищает свое имущество с оружием в руках. Есть такие? Я выдам вам автоматы.

Желающих воевать не нашлось.

- Ясно. Приступим, господа.

Доверенности включали в себя пункт о возможности передоверия. Когда все процедуры были завершены, а нотариус удалился, Колун вновь обратился к "эвакуируемым":

- Благодарю вас, господа. Теперь прошу пройти в помещения, где вы будете ожидать транспорта, - он указал на провожатых - бойцов в балаклавах.

***

Колун вернулся к магазину, где еще стоял автомобиль владельца, и еще не полностью рассеялась толпа жителей Казаковки - ждали трибунала.

Прямо на броне БТР расстелили тряпицу, выложили снедь, принялись завтракать. Трапеза затянулась, так как местные тут же натащили домашних вкусностей и заставляли все непременно съесть - иначе обижались и расстраивались. "Обмывание" установления новой власти спиртным Колун своей верховной военной властью запретил.

К магазину подъехал милицейский "жигуленок", из которого вышел дородный сержант. Милиционер распахнул дверцу и принялся доставать оружие. Он тянул, тянул, а оно все никак не выходило - длинная пехотная винтовка Мосина. Вот вроде она оказалась снаружи - но сержант тянул дальше. К винтовке был примкнут штык.

Милиционер с опаской оглядел улицу у магазина, БТР, бойцов ополчения с пулеметами, втянул голову в плечи и двинулся ко входу в помещение. Здесь он зацепился штыком за дверную коробку, долго возился с винтовкой, потом взял ее в руку и вошел.

- Что здесь произошло? - поинтересовался он у администратора.

- Произошел исторический момент, - сообщил тот. - Казаковка восстала. В городе теперь новая власть, наша.

Милиционер задумался.

- Новая власть - это не по моей части. Меня зачем вызывали?

- А! Ну да... Ночью нас бандеры ограбили, на танке приехали, одного мы убили, троих ранили, остальных поймали. Танк тоже подбили. Труп в морге, раненые в больнице, пленные на заднем дворе, искупают вину - подметают.

Милиционер снова задумался.

- Из чего вы танк подбили?

- Из пушки.

Сержант долго держал паузу, теребил винтовку на плече.

- Что именно было захвачено грабителями? - принялся он за дело с другой стороны.

- Водка, пиво, сигареты...

- Это очень важные вещественные доказательства! - оживился сержант. - Водку нужно отдать на экспертизу и приобщить к делу! Да что там, я проведу экспертизу хоть сейчас!

- Заходи, - кивнул администратор в сторону своего кабинета и подмигнул продавщицам.

***

В еще не заполнившееся кафе неподалеку командир ополчения пригласил на беседу владельца магазина.

- Давайте знакомиться, мой позывной - "Колун".

- Я Долгопятов Игорь Сергеевич. Просто - Игорь.

- Ваше требование провести трибунал над мародерами в силе?

- Еще в какой силе! - бизнесмен сжал кулаки.

- Председателя и судью трибунала я назначу. Народного заседателя найдем. И защитника.

- Что, в военных трибуналах есть защита?

- В военных трибуналах есть все. Но у меня затруднение с обвинением.

- Какие могут быть затруднения?! Грабеж при массе свидетелей, покушение на уничтожение магазина!

- И захват заложников, угроза жизни двум и более лицам... - продолжил Колун. - Законы я знаю, в Ивановке у власти уже давно, не первую неделю... У меня нет подходящего человека для предъявления обвинения. Сможешь сам обвинение предъявить? - перешел на "ты" ополченец.

- И предъявить, и разорвать паскудников своими руками могу!

- Договорились. Два часа на оформление материалов дела и обвинительное заключение хватит?

- Запросто!

- Через два часа приходи со всем готовым или я забираю пленных себе на обмен. Да, кстати... Можешь дать до вечера свои развозочные машины? Нужно разослать группы захвата, почистить город от хунтят.

Долгопятов позвонил администраторам, распорядился насчет машин.

***

Эти два часа Колун посвятил арестам функционеров бандеровских партий и имущества партийных офисов. Группы ополченцев, прибывающие на автомобилях с символикой местной торговой сети, опасений не вызывали.

Для рассмотрения трибунала было подготовлено дело о запрете деятельности партий бандеровского толка, аресте функционеров и конфискации имущества. Бандеровских активистов было немного, как правило, приезжие с запада или проплаченные функционеры из местных.

***


Председателем трибунала Колун назначил Лемеха, судьей - командира отделения Лощину, народным заседателем - одну из жительниц Казаковки, которая утром была в президиуме митинга.

Адвокатом Колун назначил ополченца, неоднократно наказывавшегося за "экспроприацию" магазинов.

Все ополченцы на суде были в балаклавах.

Долгопятов вовремя принес "дело" и обвинительное заключение. Колун прочел, пожал плечами, дал помощнику сделать копию, а оригиналы тщательно спрятал - бумаги были великолепным компроматом на бизнесмена в глазах хунты.

Перед началом процесса Колун зачитал трибуналу свой приказ о необходимости рассматривать дело согласно нормам Конвенции 1949 г. о защите гражданского населения во время войны.

На заседании трибунала обвиняемые заявляли, что выполняли приказ командиров, подкрепленный угрозой расправы, только перетаскивали спиртное и сигареты, заложников брал только один из них, впоследствии убитый. Адвокат, мрачнея, выслушивал свидетельства жертв мародеров и проклятия людей в их адрес.

Двоих приговорили к расстрелу, остальных - к исправительным работам на год с дальнейшим оставлением в плену на общих основаниях.

Приговоренные к смерти плакали, ползали на коленях, просили простить ради мамы и папы, предлагали деньги, давали честное слово, что больше не будут, и даже просились в ополчение - "искупить кровью".

Колун - как высшая военная власть - тут же принял и рассмотрел апелляцию. Исправительные работы он на два месяца сократил, приговор о расстреле оставил в силе.

Вступившее в силу решение трибунала исполнили неподалеку, у стенки площадки с мусорными баками.

Командовать расстрельной группой Колун приказал Долгопятову. Бизнесмен струсил, стал жалок, мямлил, пытался увильнуть, но ополченец был непреклонен.

- Ты хотел их "скрутить в бараний рог", обвинил, добился смертного приговора, давай, доводи дело до конца. И не мнись, на курок же тебе не приходится нажимать!

После того, как тела мародеров, оставляя на стенке кровавые потеки, сползли к подножию мусорных баков, Колун скомандовал:

- Стоп, снято!

Бизнесмен перепугался еще больше.

- Что снято?

- Расстрел бандеровских мародеров снят и выложен в Интернет. Теперь все знают, как нападать на людей, которые под моей защитой. Ну, и как нападать на магазины Долгополова.

- Долгопятова... - вяло поправил бизнесмен.

Колун схитрил - видеозапись была размещена на закрытом ресурсе, "облаке" с архивом отряда. Посторонние эпизод с расстрелом увидеть бы не смогли.

Бизнесмен был окончательно раздавлен и признал, что оказался в полной власти Колуна.

Ополченец, оценив состояние Долгопятова, сделал следующий ход.

- Мне нужен верный человек. Я - военный, гражданскими делами заниматься нет времени, действующее начальство разбежалось. Предлагаю стать мэром города, а по совместительству - управляющим кое-каким имуществом...

- Каким имуществом? - бизнесмен приободрился.

- Магазины, рынки, парикмахерские, гостиница, мастерские, заправки... Все, что принадлежит сторонникам хунты. Сейчас это все по доверенности передано одному человечку - с правом передоверия. Я предлагаю, чтобы передоверие это было на тебя. Нужно выжать из этого все, что можно - для снабжения отряда. Гонорар за управление имуществом гарантирую. Остатки имущества - твои.

- Каким сторонникам хунты? - не понял бизнесмен.

- Ну, начальству местному новому и старому. Не знаю, почему они на стороне хунты, но когда им было предложено выбирать сторону - они выбрали хунту. А таких я не защищаю, с такими надо поступать как с пособниками киевских узурпаторов.

Бизнесмен задумался.

- Мне нужно усилить охрану...

- Я дам своих бойцов, - с готовностью откликнулся Колун, указывая на расстрельную команду.

- Нет, не надо! - в ужасе воскликнул Долгопятов. - Я передумал, обойдусь теми, что есть...

- Так ты согласен?

- Да...

- По рукам. Через час тебя отвезут, оформят доверенность. После обеда приступай, вечером мне нужна опись имущества и план по его использованию для нужд ополчения и города. А сейчас еще одно дело для трибунала. Нужно запретить бандеровские партии и конфисковать их пожитки. Обвинителем прошу быть тебя, дело готово. Возьмешься реализовать конфискат с выгодой?

- Чего уж...

- Отлично!

***

"Отцов города", собравшихся для эвакуации, погрузили на автобусы с зашторенными окнами и повезли по окраинам Казаковки. Затем раздались выстрелы, взрывы, последовала команда "лечь на пол, прикрыть голову руками". Автобусы остановились, двери раскрылись, внутрь, стуча каблуками берцев, ворвались автоматчики.

"Ополченцы", - поняли незадачливые беглецы.

- Кто такие? - потребовал разъяснений командир.

- Мы гражданские, - наперебой стали доказывать захваченные. - Нас хотели эвакуировать из зоны боев. Мы не бандеровцы, мы хорошие! Мы ни в чем не виноваты!

- Проверим... Досмотреть вещи! - скомандовал командир отделения ополченцев.

Чиновники, депутаты, их жены и родня с бессильной злобой смотрели, как из их "тревожных" сумок вынимались пачки долларов и гривен, ювелирные украшения и дорогие мобильники.

***

Колун изучил опись изъятого, посмотрел на итоговую сумму оценки и присвистнул. И велел разослать группы на обыски квартир захваченных функционеров режима. С усилением групп опытными криминалистами из ОВД.

Оценив "урожай", он послал эти группы обыскивать служебные кабинеты. И получил еще одну впечатляющую опись.

Мэр, вице-мэры, руководители отделов, главные специалисты. Прокурор и прокурорские. Председатель суда, судьи, секретари суда. Военный комиссар и сотрудники военкомата. ОВД и офицеры милиции. Главврач больницы, не пускавшая до последнего проверяющих за порог своей квартиры, проклинавшая их и кричавшая о своих заслугах перед несчастными больными - в ее жилище были обнаружены залежи дефицитных лекарств, зачастую просроченных, стопки постельного белья из больниц, пачки денег. Заведующая ЗАГС. Директор кладбища. Директора школ и детских садов. Главный санитарный врач. Главный пожарный. Директор водоканала. Директор службы по вывозу мусора. Горэнерго. Начальники жилконтор. Даже заведующая библиотекой фигурировала в описи изъятого с приличной суммой.

- А библиотекари как воруют? - ошеломленно спросил Колун у Ломтя.

- "Мертвые души" в штате.

- Ясно.

Потом Колун послал группы обыскивать дачи номенклатуры. Потом - квартиры и дачи живущих отдельно родственников. Потом - квартиры и дачи любовниц.

Из небольшой Казаковки с бедным населением родное - плоть от плоти народа! - начальство вытянуло очень приличную сумму.

Такого Колун в своей Ивановке не наблюдал. Хотя... в Ивановке он только учился быть властью, поэтому дал время чиновникам приспособиться. Кроме того, в Ивановке в каждый отдел и службу были назначены "военные представители" - стажеры из местного населения, которых Колун хотел обучить муниципальному управлению для замены ненадежных старых кадров.

Этих стажеров нужно будет перебросить в Казаковку для возмещения кадровых потерь в местной власти, а в Ивановке набрать новых. Из раненых бойцов, из активистов-антибандеровцев.

***

Владельцы изъятых ценностей были привезены к Ломтю, который расположился в здании прокуратуры.

- Проконсультируйте, пожалуйста, неискушенного военного, - просил разведчик арестованных, - как лучше оформить ваши ценности. Как изъятое по уголовному делу о коррупции и превышению должностных полномочий? Или как добровольный взнос на нужды ополчения?

Арестованные, уже прослышавшие о сегодняшнем результате рассмотрения уголовного дела военным трибуналом, как один рекомендовали оформить добровольные взносы. Ломоть тщательно проверял правильность бумаг, благодарил заявителей, а потом отправлял их обратно под стражу - для целой серии последующих допросов. Коррупционные связи были отличным компроматом, позволявшим разрабатывать фигурантов в других нейтральных городах, а также на оккупированной хунтой территории.

Заявления о передаче ценностей ополчению Новороссии были отличным компроматом в глазах хунты и тщательно сохранялись Ломтем.

***

Колун теперь окончательно понял, почему некоторые командиры отрядов ополчения проявляли слабую активность на фронтах, а стремились занять побольше нейтральных городов и сел. Даже не имея финансовой и налоговой систем, одной разовой конфискацией коррупционных ценностей можно было добыть средств на вооружение маленькой армии.

И еще Колун понял, почему таким гнилым и слабым был павший режим. И почему Майдан смог привлечь столько сторонников.

Новая власть должна была быть другой. Но и старую номенклатуру нельзя было превращать во врага - уже имеющихся врагов было более чем достаточно. Ее предстояло тихо и дипломатично "стричь" и "доить" в пользу ополчения, ограничивая возможность, в свою очередь, "стричь" и "доить" простой народ. Тем более что "простой народ", взяв в руки автомат, становился очень даже не простым.

По реестрам изъятого Колун видел, что назначенцы хунты воруют более агрессивно, чем старая номенклатура. Народ это видит и понимает, народ за хунтой не пойдет.

Занятие нейтрального города, по мнению ополченца, прошло успешно. Правда, бандеры еще не нападали. Пропавших мародеров еще не начали серьезно искать. Еще не проявили себя владельцы и директора больших заводов. Еще неизвестно решение командования относительно изъятых ценностей и взятого в управление имущества.