# Нападение

Анатолий Гончар

20


НАПАДЕНИЕ

Фантастический рассказ

Он появился внезапно, словно из Зазеркалья всплыв на экранах следящих станций. Его появление было столь неожиданным, а скорость столь велика, что всё наблюдавшие поверглись в шок и первые мгновения просто бездействовали, но уже через считанные секунды оцепенение прошло, поступила команда, и всё завертелось, всё заработало. Огромная военная машина Земли пришла в действие. Военно-космический флот начал собираться в единый кулак, что бы остановить вторжение.

Никто не знал ни намерений корабля, ни его возможной мощи, но почему - то весь человеческий мир вздрогнул и приготовился к худшему.


Газетчики невесть как прознавшие о появлении неуловимого корабля растрезвонили новость по всей галактической федерации. Шум поднятый ими заставил бездельничавших политиков вернуться из своих командировок и собраться на экстренное заседание

-Никто, - генерал Родригес повис своей могучей фигурой над трибуной и посмотрел на собравшихся, - не в состоянии противостоять нашим объединённым космическим силам. Во всей галактике не найдется ни одной разумной расы, которая осмелилась произнести хотя бы слово направленное против Земли, а вооружённое нападение.., - генерал сделал эффектную паузу, - это просто смешно. Я думаю, мы очень скоро разберёмся с этими нахалами, - он смолк ожидая реакции. При этом его брови победно взлетели вверх так словно бы он уже закончил эту самую разборку. На мгновенье в зале наступила напряжённая тишина, затем послышались тихие звуки постепенно переросшие в оживленный шум состоящий из шорохов одежд и многоголосого шёпота. Так продолжалось минут пять, затем снова наступила тишина.

- Генерал вы забываете, что во вселенной миллионы галактик, мы же пока осваиваем только свою собственную, - не поднимаясь с места, попробовал остудить пыл генерала сидевший за дальним концом стола статский советник по науке Альберт Степанович Вощин, маленький человечек голова которого находилась в последней стадии облысения и на её макушке гоняясь друг за другом в поисках пары торчали три седых волосинки, одна из которых свешиваясь через весь лоб дотягивалась до кончика носа.

- Я ничего, никогда не забываю, - в голосе генерала послышалось раздражение, при этом на его лице было написано такое презрение, что его собеседник невольно вздрогнул - неужели вы считаете, что наука способна создать оружие более мощное чем - то, что имеется на вооружении нашего флота? Так дайте нам его! - Генерал вытянулся вперёд и пристально посмотрел на советника.

- Да, нет я не оспариваю Ваше утверждение. Оружия более мощного в природе просто не может быть, но их скорость, - сконфуженно пожал плечами Альберт Иванович и оглянулся вокруг в поисках поддержки, но аудитория безмолвствовала. Альберт Иванович заёрзал в кресле и тяжело вздохнул, при этом все три его волосинки вздыбились, а самая длинная из них угодила Альберту Ивановичу в глаз заставив того невольно вздрогнуть и прищуриться.

-Что скорость? - Генерал Родригес уже не сдерживал распирающего изнутри гнева, его крепко сжатые кулаки поднялись и с громким стуком опустились на деревянную окантовку трибуны. Не получив ответа он победно фыркнул и продолжил уже более спокойно, - Скорость этого корабля и впрямь превышает скорости наших кораблей почти вдвое, но разве он движется быстрее смертоносного луча гравиопушки? Естественно нет. И я думаю что нам не придётся её применять, любой субсветовой лазер в мгновение ока испепелит этого непрошеного гостя, - Родригес замолчал и с чувством превосходства окинул аудиторию взглядом. Сидевшие в зале притихли словно собираясь с мыслями, и лишь некоторые наиболее ретивые шепотом обменивались мнением.

-Но господа, почему Вы решили что пришельцы враждебны? - пролепетал, заикаясь, сидевший во втором ряду первый полномочный Австралийского континента.

-Почему? - Родригес шумно вздохнул и понизил голос почти до шёпота. В тишине зала его слова прозвучали зловещим шипением змеи, - вам - штатским этого не понять, но я всё же попробую объяснить, - он на мгновение смолк и с улыбкой полного превосходства окинул взглядом сидевших перед ним государственных мужей. - Во-первых, миновав наши передовые посты корабль пришельцев не подчинился требованию остановиться, во-вторых, на все наши запросы с его стороны стоит полное молчание и третье, самое главное - вы, господа, совершенно не знаете космического устава, а пункт пятый параграфа второго гласит, - любой корабль вошедший в сферу влияния Земли и не имеющий на своем борту единых опознавательных знаков считается неприятельским и уничтожается. Вот так-то господа.

- Простите генерал, но это означает... - вмешался Альберт Иванович.

Генерал покосившись на статского советника недовольно хмыкнул:

- Это означает только то, что никто из внешнего мира не смеет проникать в наши владения. Только мы имеем право, двигаясь в пространстве открывать новые цивилизации, и только мы решаем принимать их в своё лоно или нет.

- Но... в голосе Альберта Ивановича прозвучала такая растерянность будто бы у него внезапно случилась амнезия и вот он теперь пытается осмыслить свое прошлое. А генерал протянул руку к стоящему на трибуне графину, налил искрившийся в нём напиток в свой стакан и не торопясь осушил его до дна. Затем улыбнувшись вытер губы белоснежным носовым платком, который тут же презрительно бросил в урну. И лишь после этого всё еще продолжая улыбаться взглянул на своего затравленного оппонента и отрывисто бросил:

- Никаких но! Мы не потерпим нового Колумба, тем более что он плывёт не от нас, а к нам! - голос генерала громовым набатом пронёсся над залом и затухая эхом унёсся под потолок конференц-зала.

- Генерал позвольте, - Вощин казалось был раздавлен этими словами. Он даже покраснел от напряжения задавая новый вопрос, - не могли бы Вы сказать сколько несанкционированных попыток проникновения было за последние десять лет?

-Я вам не отвечу точно, - генерал неопределённо пожал плечами и его улыбка стала ещё шире, - но Вам, пожалуй, точные цифры и не нужны, - он усмехнулся, - Две или три сотни я думаю Вас устроят?!

По рядам сидевших пробежал возмущенный ропот.

- И Вы хотите сказать.., - Вощин на мгновенье запнулся и его лицо словно маленькими островками пошло красными пятнами, - я не понимаю.., - он замолчал и растерянно оглядел зал в поисках поддержки. Но в зале царило молчание.

- Вы всё прекрасно понимаете, - генерал скривил рот в издевательской улыбке, - естественно все они были уничтожены, - он выдержал секундную паузу и сделав рукой жест в сторону статского советника добавил с ещё большим сарказмом, - Причём оружием которое создали Вы господин Вощин. Я надеюсь, Вы не желаете, что бы человечество постигла печальная участь аборигенов "открытых" уже упомянутым Колумбом?! - Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент раздался звонок интеркома внутренней связи. Вызывал пункт космического слежения.

- Я слушаю, - прорычал генерал, недовольный тем что его отвлекли от выступления. В трубке послышался звенящий голос оперативного дежурного.

- Господин генерал, докладывает капитан первого ранга Бары...

- Дежурный, меня не интересует ни Ваша фамилия, ни Ваше звание достаточно того что Вы звоните по каналу экстренной связи и отрываете меня от дел. Так что вместо доклада лучше объясните, как Вы посмели оторвать меня от проведения чрезвычайного совещания? И если у Вас действительно нечто срочное доложите через час. - Родригес уже было хотел отключиться, но в голосе капитана было что-то такое что передумал, - капитан как Вас там?

- Барыкин господин генерал, - голос дежурного заметно сел, и в нем отчетливо стала заметна та дрожь которая собственно и заставила генерала переменить своё решение.

- Докладывайте, - прорычал Родригес и нажал кнопку на приборе экранирования встроенного в его широкий генеральский пояс. В тот же миг от сидевших в зале представителей его отделила полупрозрачная, мерцающая сфера, теперь они его только видели, но не могли слышать.

- Господин генерал, корабль пришельцев напал на нашу базу Эцелот-5, уничтожил её и теперь движется к планете Б-2, сектора шесть, - голос Барыкина звучал глухо и отчётливо было слышно как гудят компьютеры находящиеся в диспетчерской, и доносятся голоса сидящих у их экранов людей. Генерал недовольно хмыкнул показывая тем самым свое нетерпение.

- Чёрт бы Вас побрал капитан, вышлите два перехватчика и не морочьте мне голову. У вас же есть определенные полномочия, - голос генерала недовольного сказанным сорвался до свистящего шёпота, и в нем снова послышалось шипение змеи вышедшей на охоту, на лбу появилась маленькая капелька пота, которая тут же скатилась вниз и пробежав по носу с громким стуком упала на твёрдое дерево трибуны. Только никто не услышал этого падения, ни сидящие в зале, которые были отделены от генерала звукоизоляционным полем, ни сам генерал которому было не до этого. Капля шлепнувшись растеклась по сторонам и теперь быстро высыхала в сухом воздухе.

- Господин генерал, - пробубнил капитан и Родригес внезапно вздрогнул, его спина покрылась холодным потом от нехорошего предчувствия, - я сделал всё согласно инструкции и направил три линейных корабля в район конфликта.

- Ну, так какого же черта рассусоливаете? Рапортуйте об уничтожении противника, - проорал генерал всё еще не желая смириться с предощущением беды, завертевшимся где-то на задворках его мыслей.

- Я не могу этого сделать, господин генерал, противник не уничтожен, - похоже капитан справился с волнением и его голос зазвучал по-военному звонко.

- Что? - взревел генерал так, что не будь вокруг него силового поля у сидящих в зале наверняка бы лопнули барабанные перепонки. Родригес побагровел и на его массивной шее вздулись темные жилы, - почему они валандаются? Прикажите срочно атаковать. Кстати капитан, Вы похоже, засиделись в мирном безделье, но ничего, я лично прослежу, чтобы вы больше не скучали. Атаковать, вы меня поняли? Атаковать. Срочно атаковать.

-Простите, господин генерал, но.., - на мгновение в эфире повисла напряженная пауза, затем до генерала донёсся приглушённый голос Барыкина, - все три корабля уничтожены.

Последние слова, произнесённые капитаном, повергли Родригеса в шок, его загорелое лицо стало пепельно-серым. Он открыл рот, пытаясь, что-то сказать, но слова застряли в горле не в силах вылететь наружу. Немая сцена продолжалась несколько секунд, затем генерал сделал шаг в сторону и опустившись в кресло, почти спокойно произнёс:

-Хорошо капитан ждите. Без моего приказа ничего не предпринимать.

Он выключил интерком и отсутствующим взглядом окинул сидящих в зале. Представители государственной элиты притихли не в силах пошевелиться и в немом вопросе смотрели на генерала. Тот оторвал взгляд от созерцания кончиков собственных пальцев и увидел вытаращенные на него глаза, блестевшие лихорадочным блеском на очумелых от страха лицах.

- Ах, да, - он шлёпнул себя по лбу и отключил экранирование, - я совсем забыл, что мой разговор с дежурным остался для вас тайной, - генерал выразительно пощёлкал ногтем среднего пальца по преобразователю волн, висевшему у него над правым ухом, - представляю, какую я устроил пантомиму. Не думаю что мой разговор надолго останется тайной. Как говорится иголку в мешке не утаишь. Итак, господа, вторжение началось! Три наших линейных крейсера уничтожены. При данных обстоятельствах, я думаю, вам больше не нужны доказательства враждебности инопланетного корабля? Всё очевидно. Угроза весьма серьезна и потому прошу, нет даже требую, предоставить мне чрезвычайные полномочия!


Менее чем через час генерал уже в ранге военного президента Конфедерации и главнокомандующего силами Земли вошёл в комнату оперативного слежения. Отмахнувшись от подскочившего с докладом Барыкина, он подошёл к пульту управления и, уселся за клавиатуру центрального компьютера. Белая зловещая точка медленно приближалась к базовой планете сектора "С". Генерал нажал кнопку и, по экрану побежали строчки цифр - скорость объекта, расстояние от объекта до базовой планеты, время подлета.

"Да, - подумал генерал, - у меня в запасе менее трёх суток, за это время противник приблизится на расстояние выстрела, неплохо бы остановить его раньше".

Он усиленно потёр подбородок и обратился к стоящему на вытяжку Барыкину:

-Капитан, что там у Вас по обстоятельствам гибели наших кораблей?

Рослый, тяжеловесный на вид Барыкин дернулся как от удара хлыста и вытянувшись на вытяжку чётко доложил:

- Совсем мало, господин генерал. Они вспыхнули почти одновременно, через три секунды после открытия огня на поражение. Были применены лазерные субсветовые пушки. - Он тяжело задышал словно только что пробежал стометровку и по-прежнему оставаясь вытянутым как струна преданно посмотрел генералу в глаза. Тот словно не замечая этого, по-собачьи преданного взгляда, провёл рукой по волосам, сосредоточенно нахмурился, пытаясь проанализировать только что произнесённое капитаном, но у него ничего не получилось. Раздосадованный на самого себя Родригес склонил голову на панель управления, сжал виски ладонями рук и в таком положении просидел более минуты, затем словно очнулся и поднял свой тяжелый почти каменный взгляд на всё ещё вытянувшегося по стойке смирно капитана.

"Где только таких стойких оловянных солдатиков делают?" - недовольно подумал он, разглядывая тщательно ухоженные ногти Барыкина и едва не сплюнул от досады, - да похоже, мы совсем зажрались, если даже наши офицеры занимаются такой глупостью. Может устроить войсковые учения? Но ведь эти господа и там вывернуться. Пожалуй самое рациональное это высылать их в глубокий космос. Вот там пусть творят что хотят, там можно" -Наконец он соизволил вспомнить про предмет сегодняшнего разговора.

- Значит наши корабли всё же успели повредить вражескую посудину?! - в голосе генерала прозвучала надежда. Капитан сконфужено опустил голову тщательно избегая встретиться взглядом с командующим.

-Едва ли, господин генерал. По крайней мере, на его скорости это не сказалось.

В глазах Родригеса мелькнула искра гнева которая тут же погасла. Вины стоявшего перед ним офицера в произошедшем не было, а Родригей был не из тех, кто кричит на своих подчинённых только по тому, что у него плохое настроение, поэтому голос его прозвучал вполне миролюбиво:

- Вы, еще можете, что-нибудь добавить капитан?

- Никак нет, господин генерал.

-Хорошо, - тихо произнес генерал сам не понимая что в этом может быть хорошего, затем стряхнул с себя навалившуюся невесть откуда усталость и медленно протянув руку, вдавил кнопку спецсвязи.


Командир секретной базы "Базилик" адмирал Ботвинник завтракал. Впрочем, он уже давно потерял счет времени. На корабле где утро и вечер понятие абстрактное, время делилось на часы, когда одна вахта сменяла другую. Прием пищи тоже осуществлялся по часам, кто-то называл это время обедом, кто-то ужином. Генерал Ботвинник привык именовать время приёма пищи завтраком, так что получалось, что он вечно завтракал. Зуммер экстренной связи вывел его из равновесия и заставил проглотить не пережёванный кусок бекона. Зло, выругавшись, он включил тумблер.

- Адмирал Ботвинник слушает, - сквозь треск помех долетел до Родригеса голос командующего базой.

-Адмирал, - голос генерала звенел, как натянутая струна, - надеюсь Вас не надо вводить в курс происходящего?

-Так точно, господин генерал, - бодро ответил Ботвинник, узнав голос командующего ВСЗ, - мы тщательно отслеживаем ситуацию, - немного помедлив, добавил он. Аварийно проглоченный бекон как-то неудачно свалился в желудок и теперь там ворочался стараясь устроиться поудобнее, но это у него никак не получалось. Тяжесть появившаяся внизу вызвала у адмирала раздражение и легкую досаду на самого себя. Хотя возможно дело было вовсе не в беконе. Мозг адмирала лихорадочно пытался предвосхитить слова вышестоящего начальника, но увы ничего путного не получилось. Голос генерал прозвучал сухо и по военному строго.

- Отлично. Тогда Вы знаете что делать.

Ботвинник опешил он наконец сумел связать воедино появление вражеского корабля и этот так не кстати прервавший завтрак разговор, и осознав это сразу же понял что от него ждут. Поэтому на полувопрос командующего ответил быстро почти скороговоркой, нисколько не сомневаясь в правильности своего ответа:

- Так точно господин генерал. Только позвольте уточнить сколько кораблей прикажете взять?

- Все, адмирал, все, - раздражение которое прозвучало в голосе Родригеса было совсем непонятно Ботвиннику. Он не видел в своих словах ничего такого что могло бы вызвать гнев.

- Простите господин генерал, но к чему такая трата средств? Да одно топливо...

- Адмирал, - голос генерала прозвучал, словно свист стального клинка, - Вы там не для того, чтобы заботиться о счетах. Действуйте, как я сказал. Вы лично руководите операцией.

- Мне пересесть на другой корабль?

- Что? - не поняв вопроса, переспросил Родригес.

-Господин генерал, я нахожусь на "Эсмеральде". Как Вы знаете это сверхсекретный корабль. Может не стоит раскрывать малютку раньше времени? - Адмирал не понимая что происходит совсем пал духом. Бекон в его желудке подпрыгнул в отчаянной попытке вырваться наружу и это ему бы наверняка удалось если бы Ботвинник не сжал зубы. Он судорожно втянул носом воздух пытаясь совладать с подступившей тошнотой и напрягая слух что бы не дай бог пропустить что-нибудь важное.

-Адмирал, разве Вы не поняли? Я сказал, ВСЕ корабли. Может Вам в суде трибунала объяснить, что означает слово "все"? "Эсмеральда" должна первой вступить в бой. У Вас десять минут до старта. И не дай бог, если хоть один корабль не уложится во времени.

Родригес грязно выругался и, не дожидаясь ответа, грохнул кулаком по кнопке, отключая связь.

-Ботвиннику пора на пенсию, - поднимаясь из кресла раздраженно подумал он.


- Теперь мы ему зададим, - наблюдая на мониторе за стартом флотилии, радостно воскликнул дежурный капитан, но тут же, вспомнив о присутствии генерала, замолчал и тупо уставился в экран монитора.

- Мне бы твой оптимизм, - вздрогнув от неожиданно раздавшегося возгласа едва слышно произнёс Родригес. Он покачал головой и, откинувшись в кресле, надолго задумался.


Митрич, не спеша, выбрался из башни танка. Стараясь не пачкаться, он вытянул вслед за собой маленькое ведёрко с противокоррозионной краской. Зацепив его длинной палкой с крюком на конце, Митрич опустил ведро на пол и, наконец, спустился сам. Немного постоял, переводя дыхание, затем, прихрамывая, поплелся в дальний конец Музейного зала, туда, где расположился блок хозяйственных помещений.

- Митрич, - из прозрачной двери директорского кабинета вышел широкоплечий, дородный мужчина и, поглаживая выпирающий живот, направился в сторону выхода, - ты все с краской возишься, я же тебе сказал никому это не нужно. Раньше хоть парады проводились, а теперь? Чай не ездить, а эта техника тут и так тысячи лет простоит. Микроклимат, - директор павильона военной техники довольно улыбнулся и подняв вверх большой палец добавил, - на наш то век уж точно хватит.

- Ну, так я... - начал было оправдываться Митрич, но директор его прервал.

- Эх, Митрич, надо бы тебя уволить, но бог с тобой. Посетители к тебе привыкли, - директор хохотнул, при этом его живот запрыгал вверх-вниз, словно в нем сидел маленький нетерпеливый кенгурёнок - ты у нас вроде экспоната, - и он с ухмылкой посмотрел на старого музейного сторожа.

Впрочем, сторож музею не требовался. Музей был надежно защищен от всевозможных посягательств с помощью сложнейшей электроники. Так что проникновение посторонних в пределы здания исключалось, но должность сторожа не сокращали, хотя постоянно урезали и без того мизерные оклады. Но похоже, самого Митрича мало интересовала финансовая сторона этого вопроса - вдобавок к зарплате он получал весьма солидную пенсию, назначенную правительством. Никто из нынешнего персонала Музея Военной Истории Цивилизации не знал и не хотел знать прошлого этого сгорбленного временем старика. Многие наверное удивились, узнав, что музейный сторож разменял четырнадцатый десяток. А Алексей Дмитриевич Лосев, несмотря на годы, был бодрым старичком. И кроме его любви к старой военной технике, была у него и другая, тайно скрываемая от посторонних, страсть. Митрич любил хорошенько выпить. Иногда ему везло и удавалось достать бутылку-другую хорошей водки (настоящей, невесть как всплывающей на поверхность из глубины веков, а не того суррогата, что продается в супермаркетах, и от которого в душе не появляется ничего, кроме изжоги). В дни удач он запирался в своей каморке и не появлялся наружу до тех пор, пока донышко у бутылки не высыхало, а сам он не становился, трезв, как стеклышко. В пьяном бреду Митрич часто возвращался в своё прошлое, когда он, поступив в высшее военно-учебное заведение страны, мечтал стать офицером. Но, увы грезящего подвигами молодого человека ждало горькое разочарование: подписанный договор о всеобщем, полном разоружении поставил крест на его карьере, а его любимые самоходные орудия пошли в утиль. Государство обязалось платить утратившим профессию военным пенсию, независимо от выслуги. Но радовало это мало. Алексею хотелось подвигов. Не находя выхода, он направился в учебный центр по вербовке и подготовке отрядов десантников спецподразделений для освоения новых планет.

Тогда, сто с лишним лет назад, межгалактическая техника только начинала развиваться и желающих отправиться неизвестно куда было мало. Алексею без особого труда удалось получить вакансию на должность командира взвода обеспечения.

Накануне старта он, не спеша брел по тротуару в направлении Звездного городка. Легкий земной ветерок приносил с моря вечернюю прохладу с привкусом морской соли.

А будут ли там, на тех планетах морские волны? - с грустью подумал он, и в этот момент откуда-то из-за поворота почти беззвучно выскочил рокомобиль и понесся прямо на Алексея. Он отступил в сторону, но тут увидел маленькую девочку, растерянно застывшую на месте. Он прыгнул, в прыжке схватил девчушку, и упав на каменную мостовую попытался откатиться в сторону. Ему не хватило сотой доли секунды. Левая нога попала под тяжелое колесо машины и острая боль пронзала его плоть.

Врачи сделали все возможное: срастили раздробленные кости и даже практически восстановили все двигательные функции, но дорога в космос была заказана. Не достигнув звезд Алексей решил погрузиться в прошлое и выйдя из больницы в первый же день направился в расположенный неподалеку Музей военной техники и устроился работать сторожем.


Генерал Родригес часто приходил в музей. Ему нравилось бродить в тишине залов и размышлять. К тому же эти старинные громадины поражали его своим изяществом и точностью линий, той самой красотой, которая понятна только людям, приближенным своей душой к профессии военных. Созерцание этих машин вызывало в нем чувство восторга деяниями предков, сумевших преодолеть распри и прийти к единому пониманию мира. "Мои предки стояли во главе этого", - с гордостью думал он, прохаживаясь по залу.

Ему часто попадался на глаза сгорбленный старостью старик, все время лазающий среди оружия. Генерал знавал его еще мальчишкой, но, казалось, с тех пор он совсем не изменился, разве что чуть сильнее сгорбился. Родригес до сих пор помнил свою первую встречу с дедом (так про себя называл он Митрича).

Генерал, тогда еще совсем юнец, зашел в Музей и остановился напротив застывшего на постаменте танка. Открыв рот, он всматривался в стальную громадину словно надеясь отыскать в ней крупицу непознанного, и тут ему на плечо кто-то положил руку. Он вздрогнул и оглянулся, позади стоял и улыбался высокий седовласый старик.

-Что, нравится? - спросил тот.

Будущий генерал стушевался, не зная, что сказать, и Митрич придя на помощь сам ответил на свой вопрос:

-Я знаю, что нравится.

И он начал рассказывать ему о далеких, ушедших в прошлое, годах, о великих подвигах, совершаемых воинами в сражениях тех лет, о мощи стоящих перед ними экспонатов. Казалось, дед являет собой внезапно ожившую энциклопедию войн и оружия.

Молодой человек приходил в Музей еще несколько раз - и всегда получал новую информацию из рук всёзнающего деда, иногда он пробовал подловить того на незнании и специально выискивал забытые сведения о каких-либо давних войнах, и спрашивал о них, втайне надеясь, что тот не сможет рассказать о заданном вопросе или же что-то напутает. Но дед лишь хитро улыбался и начинал рассказывать, добавляя в своем рассказе такие подробности, которых не сыщешь ни в одной книге.

Когда же будущий генерал спрашивал Митрича о природе этих знаний, тот лишь молча посмеивался. Потом, чуть позже, молодой Родригес уехал учиться. Став астронавигатором, он постепенно продвигался по службе, закончил курсы военно-космической академии и в составе десантной дивизии участвовал в подавлении мятежа на планете Маврикия. Корабль под его командой отличился в сражении против космической эскадры королевства Крови. Когда Родригес возвратился на землю, он уже был уважаемым бригадным генералом, имеющим многие заслуги перед земной цивилизацией. Он шёл к вершине власти, и беседовать с дряхлеющим сторожем музея было ниже его достоинства. Генерал по-прежнему приходил в музей, бродил по его залам, втайне радуясь тому, что он так сильно изменился, и что никто уже во всем мире не признает в нем того мальчика, часами просиживающего в коморке музейного сторожа.


Принц Тхаад полулежал в своей ложе и довольно потирал руки. Десятилетия позорных поражений закончились. Нет, не верно, поражение было лишь одно, но оно было ужасающим по своим последствиям. Весь флот империи был уничтожен в считанные минуты. Лишь флагманскому фрегату, обладавшему фотонными двигателями, удалось скрыться. Земляне даже не заметили его бегства. Отец был трижды прав, когда руководил боем, спрятавшись в скоплении астероидов. "Ох, нелегко пришлось моему папашке", - принц ухмыльнулся и покачал головой: "На него тогда посыпались удары и нападки, и что же отец? По-прежнему Властелин. А где все те, кто посмел его подвергнуть критике? Даже их костей не найти для погребения. Мой отец - великий человек, он никогда не ошибается, но на сей раз он ошибся, доверив руководить кораблем "Возмездие" мне. Я разгромлю землян и вернусь Великим. Отец вынужден будет отдать мне власть".


Несколькими месяцами раньше дряхлеющий император империи Крови Драад собрал своих министров на экстренное совещание, вызванное завершением постройки межзвездного корабля, призванного стать оружием возмездия землянам за уничтожение флота королевства двадцать три года назад. За это время император уже успел забыть, что это он напал на колонии Земли, что это он вёл свой флот на покорение землян, а помнил лишь стыд и позор, с которым вернулся в свою галактику. Император не забыл своего поражения и каждый день, каждый час думал о грядущей расплате. Драад всегда знал, что час этот придет. Его космические разведчики неустанно бороздили пространство вокруг галактического сектора землян, изучая места расположения их баз и пути передвижения кораблей. Время от времени империя посылала в глубь сектора землян зонды и те никогда не возвращались назад. Глупые земляне уничтожали противника играючи, шутя. Они полагали что в королевстве правят одни глупцы. Как они ошибались! Каждая потеря, каждое видимое поражение попадало в копилку будущей победы императорского флота. Отдавая свои корабли на растерзание землянам, императорская разведка преследовала лишь одну цель: изучить оружие землян, чтобы противопоставить ему неуязвимый корабль. Десять лет назад величественный корабль был построен, но не успел он сойти со стапелей, как разведчики донесли о новом оружии созданном землянами. Появление гиперпушки повергло императора в уныние, но ненависть, сидевшая в нем, восстановила силы, и вскоре он уже радовался, что результаты разведки поступили вовремя. Он бы не перенес еще одного поражения. Последние месяцы император сидел как на жерле вулкана. Стало окончательно ясно, что безумные земляне готовятся к броску в глубокий космос, и объектом их устремлений является галактика империи. Драад бросил все силы и средства на строительство корабля возмездия. Вчера этот чудо-корабль сошел со стапелей, а сегодня он собрал во дворце своих министров, чтобы объявить им о начале войны.

Главный конструктор империи Сталкусто Мей никогда не видел столько знати. Он впервые был во дворце и от страха у него тряслись не только руки, но и все дряхлеющее тело. Церемонемейстер выкрикнул его имя и он, не помня себя от терзавшего разум раболепного страха, прошел вперед что бы бухнулся на колени перед императором. При этом его широкий лоб, с гулким ударом, коснулся холодного каменного пола.

-Поднимись, - император сделал жест рукой, означающий прощение и императорскую благосклонность - я даю тебе слово.

В хриплом голосе императора звучала доброжелательность. Сталкусто несколько приободрился и позволил себе поднять взгляд. Окружающие его министры улыбались. Он ждал, когда ему начнут задавать вопросы, но все молчали. Он повел глазами и почему-то остановил их на императоре, словно ища величайшей поддержки. И тот в самом деле пришел ему на помощь, задав первый вопрос:

- Мей, Вы изучили все виды оружия, применяемые нашими злейшими врагами?

- Да, ваше величество, я изучал их со всей тщательностью, - всё ещё оставаясь на коленях изобретатель изобразил некое подобие улыбки и смутившись её, вновь раболепно опустил голову. Руки императора неторопливо перебирали серебристые чётки каждый фрагмент которых состоял из миниатюрных человеческих черепов точных копий черепов казнённых врагов. Его предшественник использовал в чётках фаланги пальцев, но Драад будучи монархом просвещённым считал это не гигиеничным. С задумчивым видом он неторопливо перебросил очередной черепок, оригинал которого кажется принадлежал его двоюродному брату князю Драгобаю и пристально глядя на Сталкусто немного наклонил голову вперёд.

- Скажи нам изобретатель, можно ли создать космический корабль, неуязвимый для оружия землян?

- Да, мой повелитель, он уже создан, - Мей радостно закивал головой при этом его большие зеленые глаза забегали по сторонам ища за что зацепиться взглядом и не встречаться с пронизывающим на сквозь взором императора. Он боялся что тот и дальше станет задавать вопросы, боялся ибо знал недостатки своего корабля. Он вообще слишком много знал что бы не опасаться за свою жизнь.

Собравшиеся застыли в изумлении.

- Это невозможно, - не удержавшись выкрикнул кто-то, и удостоился хмурого императорского взгляда. В другой раз подобный выкрик мог бы закончиться плахой, но только не сегодня, сегодня император был более чем добр, он лишь немного скривил губы, но промолчал. Вельможи застыли в почтительном ожидании, в душе каждого засел страх, ведь гнев за нарушенную тишину мог бы быть обращен на любого. Наконец Драад брезгливо махнул рукой, тем самым прощая провинившегося и приближенные облегчённо вздохнули.

- Дурни, корабль создан и его создатель стоит перед вами, - голос императора посуровел, и его глаза грозно уставились на собравшихся, - но я вижу, вы не верите. Скажи, Мей, ты можешь доказать справедливость твоих слов?

- Да, Ваше величество. Мы создали оружие, подобное земному, - по залу пробежал громкий ропот одобрения и восхищения, - мы установили такое оружие на нашем корабле, а также произвели по сверхкораблю пробный выстрел, - собравшиеся испуганно ахнули, - Результат превзошел все ожидания!

Министры уже не стесняясь загомонили и усердно захлопали в ладоши.

Сталкусто Мей воспользовавшись всеобщим воодушевлением, поклонился императору и пятясь поспешил затеряться в радостно гомонившей толпе вельмож. А действо продолжалось.

Сперва вперед вышли двое верховных сановников и стали на все голоса хвалить довольно улыбающегося императора. Затем наступила очередь министра внешней разведки. Этот степенно выступил вперед и молча остановился перед императором. Он нисколько не волновался. Император улыбнулся ему одобрительной улыбкой и вкрадчиво произнес:

- Высокочтимый министр, Вы можете доложить нам о противнике?

-Да, ваше величество, - дородное лицо министра излучало непоколебимую уверенность.

- Тогда ответьте мне на такой вопрос: не было ли за последнее время новых разработок противника в сфере оружия?

- Мой император в настоящее время у Земли нет оружия способного нанести вред нашему линкору!

Он замолчал, а император победно оглядел собравшихся министров.

-Господа, - хриплый голос императора взлетел под белокаменные своды дворцовой палаты, - я собрал вас для того, чтобы объявить о начале операции "Возмездие". Наш новейший линкор войдет в соприкосновение с противником и уничтожит его флот.

-О, Ваше величество, - воскликнул министр пропаганды, - Ваш план гениален.

Император позволил себе милостивую улыбку:

-Погодите, Фао, я еще собственно ничего не рассказал.

-Ваше величество, позвольте заметить мне, - министр внешних отношений выступил вперед и низко поклонился императору. Тот кивнул в знак одобрения, и министр продолжал, - Ваше величество, простите, но не слишком ли мы торопимся, может нам стоит создать эскадру таких кораблей и лишь тогда нанеси удар?

-Я думал, ты просто осторожен мой милый друг, но нет, оказывается, ты еще и глуп, - император недовольно покачал головой, - разве ты не слышал, что сказал министр разведки? Если тебе непонятно, то я тебе напомню и, надеюсь, ты поймешь.

Император обратил свой взор в сторону министра разведки.

-Извините, министр, - император кивнул в сторону главного разведчика, - что невольно повторяю Ваши слова, но, как видите, некоторые из вас удивительно тупы, итак, слушайте: "в настоящее время у земной цивилизации нет оружия, способного принести вред нашему линкору". Обратите внимание на слова "в настоящее время". Вот ключ к пониманию того, что нам некогда ждать. Пока мы построим еще несколько кораблей, пройдут месяцы, а где гарантия, что за это время у землян не появится оружие, способное сокрушить все? Теперь, вы, надеюсь, поняли?

- Слава императору! - стараясь исправить свою оплошность, закричал министр внешних отношений. Остальные поспешили к нему присоединиться и в зале поднялся невообразимый гомон.

- Тихо, - император вытянул посох и треснул им по башке ближайшего к себе министра, - так-то лучше, - оглядев тут же смолкших подданных, добавил он и приступил к изложению своего плана.


- Сын мой, - сказал император, сообщая принцу известие о назначении его командующим операцией "Возмездие", - ты единственный, кому я могу доверить командование линкором, сам я не могу возглавить операцию, ибо моего присутствия требуют неотложные дела империи. Император кривил душой, в действительности от полета на линкоре его удерживал страх. Поражение двадцатитрехлетней давности оставило слишком глубокую рану в его душе, и он не собирался больше так безрассудно рисковать своей шкурой.

- Сынок, задача твоя не слишком тяжела, хотя и очень ответственна. По ее выполнении я смогу назначить тебя заместителем министра обороны. Ты спросишь почему не министром? Для этого сынок, ты еще слишком молод.

"Чтобы рисковать своей жизнью, я достаточно стар, а чтобы получить в свои руки реальную власть, молод, - подумал Тхаад, негодуя от такого предложения, - ну что ж, папашка, я тебе это еще припомню," - но заставил себя улыбнуться и склонив голову сказал, - о, спасибо Ваше величество это для меня большая честь.

- Ладно, ладно, сынок, я думаю, что ты будешь вполне достоин этого, - император потрепал Тхаада за локоны, - теперь поговорим о том, что тебе надлежит сделать. Во-первых, стереть в порошок базу землян, предназначенную для организации межгалактического перехода, во-вторых, уничтожить основные силы противника и, в-третьих, и это главное - не вступая ни в какие контакты с землянами, сразу же вернуться в столицу королевства, - блеск непонимания мелькнул в глазах принца и император поспешно добавил, - нам нельзя рисковать, у людей на Земле может быть оружие, о котором мы еще не знаем, - на щеке Драада появилась слезинка, его голос дрогнул, - я не хочу рисковать. Нет не кораблем. Кораблей у нас будут еще сотни, а тобой мой сын. Хотя и вынужден отправить в этот поход именно тебя. Надеюсь, ты меня поймешь и простишь. Император протянул руки обнимая принца и притянул к себе так, что тому не было видно довольной улыбки появившуюся на его лице.


" Все идет прекрасно, - думал император, плавая в пару крепко натопленной бани, - принц сделает за меня грязную работу, а когда он вернется, я обвиню его в трусости и, взяв на себя командование кораблем полечу в глубины космоса, чтобы прикончить безоружных землян".


Страх, терзавший первое время Тхаада исчез после первой же атаки землян, закончившейся их полным фиаско. Впервые с начала кампании, принц проникся полной уверенностью в своей победе. Уже не сомневаясь в своей победе он отдал приказ идти к базе землян, но еще в сутках пути от нее понял: пункты первый и второй в императорском приказе придется поменять местами - на фоне звезд показались и стали стремительно приближаться точки, означающие корабли неприятельской эскадры. Он тщательно сосчитал их и отдал приказ - готовиться к бою. Когда с другой части звездного неба показались вспышки фотонных двигателей стартующих межзвездных линкоров, Тхаад даже не удивился (хотя этих кораблей по донесениям императорской разведки не существовало), он лишь передернул плечами, словно стряхивая с себя наваждение, и с наслаждением подумал: "Ну что ж, тем интереснее будет видеть гибель столь гигантского флота".


Адмирал Ботвинник закончив разговор с командующим отдал приказ о готовности к старту. Несколькими минутами спустя флагман "Эсмеральда" дохнул дюзами и, взял курс на систему Тутанхамона. А сам Ботвинник сидел в кресле и недоумевал: "зачем вводить в бой всю секретную эскадру если на непрошеного гостя хватило бы одного простого корабля серии "Зет"".

"Наверное, - думал адмирал, - на генерала пагубное впечатление произвела гибель трех пограничных кораблей, но ведь это были устаревшие, допотопные модели, на них даже не установили гиперпушек. Всё их оружие детский лепет по сравнению с новейшими разработками. Одна "Эсмеральда" в состоянии разложить на атомы целую звездную систему. Генерал допустил глупость, послав в бой всю эскадру. Он нисколько не сомневался что субмарина неприятеля при виде такой мощи воспользовавшись своим превосходством в скорости, наверняка попытается удрать. "Эх, жаль, - адмирал порылся в карманах в поисках несуществующей трубки, - что нам не удастся сегодня открыть боевой счет "Эсмеральдочки". Что ж зато полюбуемся на паническое бегство противника".

Адмирал улыбнулся своим мыслям и посмотрел на экран монитора. Корабль неприятеля шел с прежней скоростью, не сбавляя и не меняя курса.


В главном штабе продолжали анализировать причины гибели линейных кораблей, информация была настолько скудной, что сразу было невозможно прийти к однозначному выводу. Генерал Родригес сидел за столом и раскладывал всю информацию по полочкам, по своей старой привычке занося ее на маленький клочок бумаги. "Что мы знаем? - подумал он и стал медленно записывать: - Первое, наши корабли открыли огонь по противнику из всех корабельных лазеров. Второе, гиперпушки, стоящие на одном из кораблей, использованы не были. Третье пограничные корабли погибли: первый через три секунды с момента открытия огня, второй - три ноль три, третий через три сорок четыре. Теперь анализ.

Первый пункт: либо надо предположить, что наши артиллеристы совсем разучились стрелять, либо корабль пришельцев неуязвим для нашего лазерного оружия. - Генерал задумался. - Скорее второе, ибо в своих бомбардирах он всё же был уверен, - Родригес протянул руку взяв шашечку с кофе сделал один глоток, - По пункту два: пункт два обнадеживает - едва ли вражеский корабль способен противостоять гиперпушкам. И третье - почему такой разрыв во времени? Ведь это что-то должно означать, но что именно?"

Генерал отложил в сторону ручку и надолго задумался. "Надо еще раз просмотреть материалы слежения", - наконец решил он и переключился на связь с основным компьютером.


Последние полчаса Ботвинник заметно волновался. Противник, сверкание чьих пяток надеялся он увидеть, не только не отвернул в сторону, но даже прибавил скорости, словно стремился поскорее приблизиться к своей гибели.

-"В его экипаже наверное одни психи", - с тоской решил адмирал, глядя на мерцающую на экране точку. Но внезапно в его мысли черной паутиной начало закрадываться подозрение, что опасения генерала не были напрасными. Он некоторое время повертелся на стуле, а затем отдал приказ приготовить к бою все корабельное вооружение.

Капитан Осин скептически воспринял подобную команду, считая подобные действия лишним распылением средств, но он привык повиноваться и потому ответив: "Есть!", принялся со свойственной ему неспешностью выполнять приказания адмирала. Через пару минут гиперпушки были приведены к бою, а бортовые лазеры выдвинуты в направлении на цель и их компьютерам была отдана команда автоматического открытия огня. Эскадра готовилась к бою по всем законам стратегии. Закончив эту процедуру капитан посмотрел на одиночный корабль противника и иронически хмыкнул.


Громада флагманского корабля землян выплыла из-за горизонта ближайшей планеты и, приближенная приборами автоматики слежения, закрыла своей тушей экраны внешнего обзора. Пришлось срочно перекручивать настройку. Принц Тхаад в сердцах выругался, проклиная про себя все разведки вселенной вместе взятые. "Ну, погодите у меня, - подумал он, - когда я вернусь, этому чертовому министру не сносить головы. Это же надо просмотреть такую громадину". И тут в его душу начал разъедать казалось бы насовсем ушедший страх: "А если эти бездарные олухи просмотрели и новый вид оружия? Что тогда?" Он внутренне содрогнулся и, в его голову холодной змеёй заползла паническая мысль: "бежать, бежать, скорее, пока еще есть время". Он уже приготовился отдать команду на изменение курса, и в этот миг все пространство заволокло разноцветными сполохами выстрелов гиперпушек, и вторившими им глянцевыми отсветами лазерных бликов. Принц сжался и приготовился к неизбежному, но ничего не произошло. Лишь треск мониторов говорил о беспрестанно наносящихся по кораблю ударах. За помехами почти не стало видно вражеских кораблей, но они стремительно приближались. Оставалось только ждать. Принц почувствовал как капли холодного пота покатились по его спине. Экраны по-прежнему мерцали и лишь легкий гул свидетельствовал о продолжающейся атаке. Прошло еще несколько минут, Тхаад окончательно успокоился и, закинув ногу на ногу, откинулся в кресле.

- Капитан, - проговорил он, - когда Вы будете готовы к открытию ответного огня, доложите мне об этом, ясно?!

- Да, ваше превосходительство!


Вражеский линкор, блистая разноцветными красками, шёл к своей бесславной гибели.

- И что он так нарядился? - подумал адмирал, глядя на корабль, двигавшийся ему навстречу, - Ничего недолго ему ещё блестеть в этой жизни. Сколько там осталось?

Он посмотрел на хронометр и удивился тому, как медленно течет время. Последние пятнадцать секунд, остававшиеся до точки прямого выстрела, казались вечностью, и, когда наконец на циферблате засветилась маленькая цифра "ноль", адмирал приказал открыть огонь изо всех бортовых пушек. "Жаль, - подумал он, - что не будет видно, как распадается на части корабль противника. Интересно, что они там почувствуют в свою последнюю минуту?"

Стена, возникшая от гипервыстрелов, закрыла космолет противника от наблюдения. Адмирал решил дать своим канонирам вволю потренироваться и, только израсходовав половинный запас мощности, приказал прекратить огонь. Наконец разноцветные всполохи рассеялись, и Ботвинник взглянул на экран внешнего обзора. Казалось, на его лысой голове зашевелились несуществующие волосы: корабль противника переливаясь всеми цветами радуги, как ни в чем не бывало плыл в пространстве. На нем не было ни малейших повреждений, лишь краски плясавшие на его корпусе, казалось, приобрели еще более яркие и как показалось адмиралу зловещие оттенки.


- Вот оно! - воскликнул генерал Родригес, на седьмой минуте просматривания последних данных компьютера. - Я понял. Причина того, что корабли пограничной стражи погибли в разное время, заключается в расстоянии. Гиперпушка противника имеет весьма ограниченный радиус действия, Это уже кое-что, - он уже почти позволил себе легкую улыбку... и в этот момент ему доложили о начале атаки на вражеский корабль.

-Надо предупредить адмирала, чтобы не подходил на расстояние опасного сближения. Дежурный! - прокричал он, - срочно свяжите меня с адмиралом Ботвинником.

-Простите, генерал, это сейчас невозможно, гиперпушки создают помехи. Вам будет плохо слышно.

- К черту слышимость, мне не своей любимой разговаривать. Живо.

Он взглянул на монитор, чтобы еще раз убедиться, что атака не принесла ожидаемого эффекта. На экране в радужном свете помех сияла маленькая яркая точка, окруженная роем блистающих светлячков. Генерал обхватил голову руками и истошно завопил, стараясь перекричать треск помех. Его голос на визгливой ноте ворвался в командирскую рубку "Эсмеральды":

- Адмирал, разворачивай корабли, не допусти их в радиус действия орудий противника. Вы слышите меня, адмирал?

"Поздно" - подумал Ботвинник, в остервенении сдергивая дешифровальные наушники. В тот же миг раздался треск раздираемой обшивки - "Эсмеральда" вошла в зону поражения.


Гибель резервной эскадры и последующее уничтожение межгалактической базы на Б-2 вызвала на Земле шок. Человечество металось в поисках убежища и впервые в истории не знало, куда бежать. А принц Тхаад продолжал выполнение императорского задания гоняясь за остатками земного флота. Со вселенской скоростью на Земле множились слухи: поговаривали, что генерал Родригес сложил с себя чрезвычайные полномочия и теперь готовится предстать перед судом за допущенные ошибки, но этот слух сразу же отошел на задний план, когда стали говорить, что пришельцы собираются не только подчинить себе человечество, но и уничтожить большую его часть.


Капитан-лейтенант Серегин вывел разведывательный катер "Посейдон" из тени планеты и внимательно ощупал пространство с помощью радаров. Маленькая точка отделилась от ближайшей звезды и поползла в сторону зависшего над планетой "Посейдона". Считанные секунды потребовались капитан-лейтенанту, чтобы определить скорость сближения. Она была слишком велика, чтобы обманываться на счет того, что это за корабль. Серегин покосился на стоящего рядом штурмана и пристально посмотрел ему в глаза и тот понимающе кивнул. Они не произнесли ни слова, но и без них было ясно, что дело швах. Еще никто не смог спастись от беспощадного противника.

Космическая флотилия, бывшая еще три дня назад грозным воинством, превратилась в разбежавшуюся по полям мелкоту. Устав был забыт, уступив место простому и доходчивому лозунгу: "Каждый сам за себя. Спасайся, кто может". И некогда грозные линкоры, повинуясь этим словам, бросились в просторы космоса в поисках спасения, но это не могло предотвратить их гибели. Противник, имеющий преимущество в скорости, догонял и бил свои беспомощные жертвы так, как бьет маленького куренка стремительный ястреб. Некоторые пытались спрятаться, садясь на отдаленные планеты, но и тут не находили долгожданного спасения. Вражеский корабль проходя над планетой, выжигал на ней все живое.

Генерал Родригес пытался как-то организовать свое "удалое" войско, но все его старания были напрасны.

Единственная группа, пока еще не распавшаяся на части, представляла из себя маленькую эскадрилью галактических катеров, находящихся в ведении пограничной охраны западного сектора под командой капитан-лейтенанта Серегина. И в то время, когда звенья флотилии одно за другим распадались на части и постепенно гибли под огнем противника, его группа все еще оставаясь целой уже двадцать семь суток уходила вглубь галактики, стремясь выйти из зоны действия сенсоров вражеского корабля. А сам Серегин пересадив большую часть экипажа "Посейдона" на другие катера остался, чтобы отвлечь внимание противника на себя и дать своему подразделению немного времени.

И вот сейчас он понял, что противник заметил не его. Маленький катер было невозможно засечь на фоне находящейся под ним планеты. "Значит, - подумал Серегин, - они вычислили всю группу". - Он снова покосился на стоящего штурмана и тихо произнес:

-Какой план выберем?

Тот печально улыбнулся и махнул рукой:

-Какая разница, похоже, конец один.

-Конец один, а результаты могут быть разные.

-Ты так считаешь?

-Возможно, - Серегин неопределенно пожал плечами.

-Объясни, - в голосе штурмана появился отблеск заинтересованности. Со своей гибелью он смирился, и теперь думал только о том, чтобы спасти других.

-Стив, - испытания последних дней сблизили капитана и штурмана, и они перешли на запрещенное уставом "ты", - дело в том, что если мы используем первоначальный план, то это лишь ненадолго отсрочит гибель эскадрильи, но не спасет ее. Неприятель догонит нас, а потом, используя прежний пеленг, устремится за остальными, ты понимаешь?

-Да, ты прав, - вздохнув, ответил штурман и потянулся к кнопке управления, - тогда нам не остается ничего другого, как использовать запасной вариант. Если ты ждешь моего одобрения, то считай, что ты его уже получил.

Они переглянулись и, скрипнув зубами, приготовились к неизбежному.


На развернутом перед принцем экране светились с десяток маленьких удаляющихся точек. Тхаад приказал сделать маневр-поворот, и его корабль устремился в погоню. Точки означавшие удаляющиеся корабли притягивали словно магнит, принц жаждал вновь увидеть яркие сполохи разрывов на бортах вражеских посудин. Это зрелище страшное и маняще-прекрасное очаровывало его всё больше и больше. Жажда увидеть это снова стала почти нестерпимой. Вперив взгляд в экраны мониторов он ждал момента когда орудия "Возмездия" вздрогнут от залпов, а звезды затмит адский огонь аннигиляции. Тхаад был так занят разглядыванием мерцания в верхнем углу экрана, что не заметил, как из тени небольшой планетки, располагавшейся почти по курсу, выскочила маленькая песчинка космического катера и стремительно понеслась навстречу.

- Боже, - вскричал заместитель Тхаада адмирал Хигард заметив несущийся им на встречу корабль землян, - Ваше высочество они, кажется, идут на таран! Я не уверен, что наш корабль рассчитан на прямой взрыв фотонных двигателей.

- Так что же Вы стоите? - заорал Тхаад охрипшим от мгновенно накатившего страха голосом, - уничтожьте этого безумца.

-Есть, - коротко ответил адмирал Хигард и гаркнул на растерявшихся помощников, - комендорам огонь!

Катер, охваченный пламенем, взорвался на расстоянии каких-то тысячных долей парсека от своего противника и превратившись в сгусток космической пыли, черным туманом наполз на все еще стреляющие орудия императорского линкора. Принц сидел ни жив, ни мертв, его праздничное настроение, вызванное легкой победой над эскадрой противника, сняло как рукой, уступив место размышлению о бренности всего живого. Наконец он взял себя в руки и попытался сосредоточиться.

- Адмирал, - позвал он всё еще бледного Хигарда, - я думаю, самое время прекратить бессмысленную бойню и предъявить землянам ультиматум о безоговорочной капитуляции.

- Му-му-му-му-д-д-д-дрое решение, Ваше высочество, - заикаясь, пролепетал трясущийся от страха адмирал.

Впрочем, пять минут спустя, когда к нему вернулась способность рассуждать, он уже не считал принятое принцем решение столь мудрым.

- Ваше превосходительство, простите своего верного слугу, но император приказал после выполнения второго пункта задания вернуться в королевство.

-К черту императора. После победы над землянами и подписания акта о капитуляции императором буду Я. Никто не посмеет встать у меня на пути, даже мой отец. Я и только я достоин быть во главе империи. - Он многозначительно поднял вверх палец.

- Да, ваше величество, - согласился генерал, а сам подумал, - "о, сынок, ты еще не знаешь своего папочку, уж он-то наверняка знает слабости нашего корабля. Так что, боюсь, как бы твое торжество, не обернулось крахом. Впрочем, меня это не касается. Я всего лишь солдат, выполняющий приказы. Надо лишь по возвращении вовремя оказаться в спасательной шлюпке".


Выслушав последние предложения принца Тхаада, генерал Родригес долго сидел в кресле, опустошенно глядя в пространство перед собой. Затем встал и, протянув руку к кнопке всепланетной связи, что бы произнести последнюю речь.

А заголовки газет уже пестрели словами: "Экстренное заседание Лиги Наций лишило Родригеса всех полномочий." "Председатель Лиги Наций назначен исполняющим обязанности президента Федерации."

Генерал хотел забыть эту сцену и не мог.

- Вы не оправдали полученного доверия, - гнев председателя Лиги Наций вылетел наружу и всей мощью обрушился на сидящего в первом ряду генерала Родригеса. - из-за Вашей некомпетентности человечество поставлено на колени. Ваша преступная.., - председатель замешкался, подыскивая подходящее слово, - бездеятельность привела к тому, что у нас нет выбора. Мы вынуждены принять предложение о капитуляции.

- А наш флот? - из зала раздался чей-то растерянно прозвучавший голос.

-У нас уже нет флота, - рявкнул председатель, - скажите спасибо этому бездарю, - он ткнул пальцем в направлении Родригеса. - Генерал, у вас есть, чем оправдаться перед народом? - в тоне, которым это было сказано, звучала издевка.

Родригес встал, медленно пересек зал и твердой походкой взошел на трибуну.

- Не хочу, чтобы меня поняли превратно, - начал он, - хочу заверить что мне вовсе не нужно ваше снисхождение. После всего случившегося, я готов предстать перед судом чести, но истина требует, чтобы присутствующие здесь джентльмены знали действительные причины нашего поражения и потому я со всей ответственностью заявляю, что в нашем сегодняшнем позоре повинны наравне со мной, а может даже и в большей степени большинство здесь сидящих.

Последние слова генерала вызвали буквально шквал возмущенных криков. Но Родригес невозмутимо глядел в бесновавшуюся перед ним толпу, а поднятая вверх рука, призывавшая к тишине, возымела свое действие. Голоса начали стихать и постепенно выкрики перешли в легкий шепот.

- Господа, - генерал Родригес повысил голос, - как вы помните, два года назад я, стоя на этой самой трибуне, внес предложение, предусматривающее выделение средств на научные работы по изучению слабости нашего новейшего вооружения и способов защиты от него, - зал смолк, - тогда вы отвергли это предложение. Самым весомым, по вашим меркам, аргументом было то, что, как вы считали, защиты от столь мощного вооружения нет и быть не может, хотя наш научный эксперт пытался доказать обратное. Но увы, кажется, тогда он несколько переборщил, обвинив вас в некомпетентности. Впрочем, сейчас речь не об этом. Как вы видите, у кого-то нашлось и время и средства для работ в этой области. И в результате один корабль противника уничтожил всю нашу космическую флотилию. И что из того что у него на борту сравнительно маломощное вооружение, но он с успехом компенсирует этот недостаток скоростью. А наши проекты созданию сверхскоростных пространственных двигателей до сих пор имеют половинчатое финансирование.

- Господа, - взревел голос председателя, - он хочет взвалить всю вину за свое поражение на нас. Нет, генерал, это не пройдет, Вы, как и положено предстанете перед судом.

Родригес развернулся и пристально посмотрел на главу человечества:

-Я не нуждаюсь в снисхождении, - со злобной решительностью произнес он, - единственное, что я хочу это чтобы вы поняли необходимо форсировать работы прерванные два года назад, и всеми средствами оттягивать подписание акта о капитуляции.

- Что он мелет? - лицо председателя побагровело от злости, - он хочет, чтобы нас всех уничтожили?! Нет мы должны срочно подписать... - Председатель задумался. Произнести слово капитуляция было ниже его достоинства наконец он сообразил и слегка запинаясь выдохнул, - этот документ.

В зале раздались нестройные возгласы одобрения. Генерал непонимающе оглядел зал и крикнул, стараясь перекричать нарастающий шум голосов:

- Что вы делаете? Разве вы не читали условий капитуляции? Один из пунктов гласит - немедленное уничтожение всех военных предприятий и передачу всех разработок в руки победителей! Вы хоть понимаете, что это означает для человечества вечное рабство?

Он пробовал еще что-то сказать, но его уже не слушали. Тогда он с досады махнул рукой и направился к выходу.


Видеофоны во всю гремели о предстоящих торжествах по случаю встречи почетного гостя - принца Тхаада, прибывающего на Землю для подписания документа "О Мире", именно так приняли решение называть акт о капитуляции члены ассамблеи Лиги Наций. Ни в одном из сообщений не говорилось ни об уничтожении космофлота, ни о сожжении трех десятков планет. Земля ждала своего покорителя. А в это время сам принц Тхаад полулежал в мягком капитанском кресле и, не спеша изучал карты расположения военно-промышленных предприятий Земли, услужливо переданных ему для предварительного изучения.

- Как Вы думаете, адмирал, - наконец оторвавшись от карт, произнес принц, - что сделать раньше: уничтожить их заводы или подписать акт о капитуляции?

- Я думаю, Ваше высочество, что сперва надо подписать акт, а потом сжечь всю планету с ее чертовым населением и этими заводами. К чему елозить, нанося выборочные удары, если можно покончить с ними одним махом?

- Э-э, нет, Харгард, сразу видно, что ты не политик. Мы можем уничтожить любую планету, кроме Земли, ибо на ней находится ВЛАСТЬ. Пока мы держим Землю за глотку, все человечество находится в нашем распоряжении. Если же мы, как ты выразился, сделаем это одним махом, то получим сотни неуправляемых миров, и пока будем гоняться за одними, другие найдут способ прикончить нас.

- Ваше высочество, Ваша мудрость безгранична, - генерал склонился в почтительном поклоне.

- Да будет тебе, генерал, оставь свои комплименты для дам. Мне они ни к чему. Лучше скажи, в каком костюме мне предстать перед человечишками?


Родригес понуро брел по центральному проспекту Нью-Йорка, и как-то само собой получилось, что когда он наконец очнулся и поднял голову, перед ним висела вывеска музея вооружений. Он подошел к закрытым дверям и машинально подергал ручку, та не открывалась.

- Что, генерал, - донесся до него чей-то надтреснутый голос, - Вы тоже проиграли свое сражение?!

Генерал повернулся и увидел стоящего за спиной музейного сторожа.

-Не дергайте, - сказал тот, - это бесполезно. - Он горестно вздохнул. - Музей отнесли к военным объектам, и теперь доступ туда запрещен.

- Митрич, - голос генерала дрогнул, - прости меня.

- За что? - вроде бы удивился дед, - я знаю, твоей вины в поражении нет, техника...

-Да нет, не за это. Мне стыдно, за столько лет я ни разу не подошел к тебе, не заговорил. Посмотри на меня внимательнее, разве ты не помнишь того мальчишку, что часами засиживался в твоей каморке?

- Помню ли я мальчишку? Я сразу узнал его, когда он первый раз после стольких лет появился в Музее, но на нем была генеральская форма. Я все ждал, что он по старой дружбе зайдет ко мне, а он даже не подошел поздороваться.

- Ты узнал меня еще тогда, но почему... - голос генерала дрогнул и его веки часто-часто затрепетали, словно отгоняя воспоминания, - почему ты сам не подошел ко мне?

- Мальчик, люди бывают разные - большие и маленькие, среди маленьких людей есть много людей гордых. Эти люди не ищут дружбы больших, а лишь могут её принять.

Он замолчал и посмотрел на Родригеса. Тот шагнул вперед и, обняв старика, медленно произнес:

- Большой человек пришел к тебе, только став маленьким. Прости меня за это.

- Зачем мне тебя прощать? Все в прошлом и не стоит сожалеть об этом. Да разве это так плохо, когда дружат два маленьких человека?

Генерал понимающе кивнул.

-Слушай мальчик, - старик внезапно оживился, - пойдем ко мне. Мой домик неподалёку. Конечно, там не столь уютно, как в сторожке, но все же крыша над головой. Вспрыснем... за встречу, а?

Генерал не совсем понял значение слова "вспрыснем", но почему-то согласно кивнул и направился вслед за удаляющимся Митричем.


Они пропустили по четвертому стаканчику и, их беседа заметно оживилась.

-Сволочи, - заплетающимся языком бормотал генерал, - все они там наверху сволочи ... - он показал пальцем на потолок, - им бы только курортные планеты осваивать, на это у них деньги есть, а на вооружение..., - он безнадежно махнул рукой, - Слушай Митрич почему ты, мне раньше не предлагал этого напитка, а?

Старик сидел напротив и из них двоих выглядел наиболее трезвым.

- Рома, ты был еще мальчиком. Ты и сейчас-то стакан держать не умеешь, вот. - Алексей Дмитриевич опрокинул очередной стакан и довольно крякнул.

- А это ты виноват, - пошатываясь, генерал потянулся к горлышку бутылки, - что у меня в этом вопросе нет стратегического опыта.

- Э-э, нет, - Митрич помахал пальцем перед носом у генерала, - не я, а ты по возвращении на Землю не зашел со мной повидаться. Вот если бы зашел я тебе обязательно налил сто грамм.., а может и двести. - Митрич прищурился и глядя на косеющего генерала ехидно улыбнулся.

- Точно, - Родригес закивал головой, - я дурак.

Опрокинув еще по стопарику, они неожиданно для самих себя начали обсуждать вопрос, всего несколько дней назад волновавший почти всё человечество - кто выиграет финальный матч по футболу: команда "Красных дьяволят" с планеты Изумрудная или "Черные соколы", представляющая конгломерат трех планет западного сектора. Тут их мнения разделились, и они долго спорили, затем как-то сразу сникли и их разговор вернулся к вопросу от которого они старательно пытались уклониться.

-Наши предки так бы позорно не капитулировали, - жестикулируя руками воскликнул Митрич, - они бы сражались. При этом его правая рука задела стоявшую на столе солонку и она с громким стуком упав на пол покатилась в дальний угол комнаты, но её падения кажется никто не заметил так как в этот момент от куда-то сверху раздалось пронзительное жужжание и стены домика мелко завибрировали.

- Землетрясение, - озираясь по сторонам, пьяно буркнул Родригес, - и хрен с ним.

- Уходим из дома, - потянув генерала за рукав кителя, твердо произнес дед.

Они вывалились на улицу и сразу же увидели причину, по которой трясся маленький домик деда. Над городом, сверкая разноцветными красками словно большая небесная радуга, завис космический линкор королевства Крови, его нижняя часть почти касалась уходящих в небо нью-йоркских небоскребов, а остальное "тело" упиралось в поднебесье и закрывало собой солнце.

- Да-а-а, - опустив голову, сокрушенно прохрипел Митрич, - что с нами сталось. Еще мой отец был готов драться до последнего, эх...

Услышав последние слова Митрича, генерал, опираясь на столб, встал, сколь мог приосанился и, стараясь придать своему голосу подобающую твердость выкрикнул:

-Так чего же мы стоим, пойдем и дадим последний бой?!

Он грохнул кулаком по поддерживающему его столбу и, потеряв равновесие, повалился на землю. Жесткое падение, казалось несколько привело его в себя, и он, помотав головой, сокрушенно произнес:

-Жаль, у нас нет оружия.

-Есть, - радостно воскликнул дед, - музей полон оружия.

-Тогда, вперед, - генерал встал и шатающейся походкой направился в сторону музея.


Не устояв на ногах Родригес ткнулся лицом в дверь и с остервенением подергал ее на себя, пытаясь распахнуть настежь.

- Бесполезно, закрыто. Новейшая система, нам ее не открыть, - вздохнул он глядя на кружево проводов оплетавший установленные на дверях замки.

Генерал в отчаянии обхватил голову руками и опустился на мраморную ступеньку.

-Спокойно, - Митрич протянул вперед руку с раскрытой ладонью, успокаивая вконец раскисшего генерала, - тут все на электричестве, так?

-Так, - неохотно поддакнул Родригес.

-Я сейчас.

"Куда это он?" - глядя на удаляющегося деда, Родригес недоумённо развёл руками.

Вскоре из стоящей неподалеку будки распределителя энергии потянул дымок, затем оттуда с руганью выскочил улыбающийся Митрич. Будка вспыхнула и загорелась. Сам же Митрич, прихрамывая, бежал к музею и показывал пальцем за спину генерала. Тот повернулся и непонимающе уставился на уже несветящуюся вывеску музея, наконец он понял и, приподнявшись, потянул дверцу. Она с трухом отошла в сторону, образуя довольно-таки широкий проход. Генерал улыбнулся:

-Здорово ты...

Дальше он не договорил, потому что дед, быстро пройдя вперед, потянул его за руку.


Они приблизились к стоящему чуть в стороне от других орудию войны, несколько похожему на приземистую черепаху.

- САУ, - нежно погладив гусеницу, произнес дед, - я на таких учился, да уж...

Он вздохнул и тяжело приподнял ногу, забрасывая ее на ступеньку. Генерал, ничего не соображая, проследовал за дедом, и вслед за ним опустился в тесную кабинку, называемую башней.

- Заведется? - неуверенно процедил он, глядя, как Митрич перебирает руками по кнопкам тумблеров.

- Еще как, ответил тот, и в его голосе прозвучала гордость, - раньше технику на совесть делали. Аккумуляторы конечно, развалились, но аварийный запуск должен сработать. Эх, топлива маловато, - он сокрушенно помотал головой.

Митрич нажал красную кнопку, что-то позади хлопнуло наподобие маленького взрыва, машина вздрогнула, и сразу же послышался рокот работающего двигателя. Скорость была уже включена. Митрич дал газ и отпустил педаль сцепления. Машина лязгнула гусеницами и рванулась вперёд, затем, споткнулась, разрывая цепи ограждения, разорвала их и набирая скорость, понеслась прямо на стену, отделяющую музей от улицы.

- Что ты делаешь?! - хотел выкрикнуть генерал, но его язык словно присох к гортани и из нее вырвался свист, неслышимый из-за звука работающего дизеля.

"Только бы хватило топлива" - подумал Митрич, когда САУшка врезалась в преграждающее ей путь препятствие. Кирпичная кладка посыпалась вниз, и кирпичи с грохотом полетели на броню машины, в триплексах замелькал свет. САУ выскочила и остановилась посреди тротуара. Двигатель чихнул и заглох. Сзади раздавался гул от падающих перекрытий, вся передняя стена здания покрылась трещинами, неоновая вывеска шлёпнулась на асфальт.

-Снаряды давай, - весело крикнул Митрич и посмотрел на застывшего генерала.

-Ну, так двигатель не работает, - пролепетал тот, - как стрелять будешь?

-Эх, темнота, - дед веселился, словно мальчишка, - это же надежная старая техника, не то, что теперь. Темнота-а, - ещё раз, уже смакуя, протянул он и быстро добавил, поясняя, - тут есть ручное наведение, понял?

- Понял, - ответил генерал и потянулся за лежащим в боеукладке снарядом, тот оказался на удивление тяжелым и он, с трудом подняв его, тяжело отдуваясь запихал в ствол.

Раздалось клацанье затвора и Митрич принялся крутить рукоятки наведения.


Пьяный угар прошел.

- "Что мы делаем? - пронеслось в голове у генерала, - это же сумасшествие. Нужно сматываться отсюда и бежать, пока нас еще никто не обнаружил".

Но тут его взгляд упал на суетящиеся руки деда и он устыдился собственных мыслей. "Лучше героически погибнуть молодым, чем умереть древним трусом" - пронеслись в его голове слова написанные много веков назад на стене разрушенной, но не покорённой крепости.

-Готово, - произнес Митрич, - теперь не грех и помолиться перед выстрелом.

-Не рановато? - усомнился генерал.

-Самое то.

-Но нас ведь не убьют так сразу? Или ... - генерал недоговорил и задержав дыхание покосился на вертевшего рукояти деда. Тот в начале застыл, затем криво усмехнулся и вновь принявшись крутить настройки поспешил ответить, всё время удивляясь трезвости взгляда своего недавнего ученика по винопитию.

-Да я не об этом. Снарядам сто с лишним лет, что там стало со взрывчаткой - сам черт не знает, так что самое время помолиться.

-Всё это бесполезно, - Родригес обреченно махнул рукой, - из этой штуки никогда не пробить защиту крейсера.

-Ты так думаешь? - дед хитро посмотрел на генерала, - тогда скажи мне лазерный луч это сгусток энергии, плазма?!

-Да, - не понимая куда клонит Митрич согласился Родригес.

-А луч гиперпушки это тоже излучение?! - задал новый вопрос Митрич

-В общем да, - уже начиная понимать генерал согласно закивал головой.

-То, то же. Плазма, энергетическое излучение - вот ваше оружие, и защита на крейсере должна быть соответственно от него, а у нас самая обыкновенная железная болванка. Ну, малость ещё взрывчатки и всё.

Митрич подмигнул Родригесу который, внезапно поняв всю справедливость сказанных дедом слов, разинул рот от удивления и, улыбнувшись, нажал кнопку открытия огня. Сперва раздалось легкое шипение, словно от начинающей разгораться спички, затем что-то грохнуло, и тяжелый снаряд, со свистом разрезая воздух, понесся по направлению в цели. Митрич и генерал прильнули к триплексам. Вначале ничего не произошло, затем корабль империи вздрогнул и начал разваливаться на составные части.

Словно осколки старого разбитого зеркала посыпались на Землю части корпуса величественного линкора захватчиков. А победители, вылезшие из люков, сидели на башне и наблюдали за игрой света в отблесках летящих вниз пластинок ещё мгновение назад бывших защитной оболочкой вражеского корабля.