# Гриф - Дсп

Равиль Нагимович Бикбаев

Гриф - ДСП


(Для Своих Парней)


Только для постоянных читателей и авторов ресурсов военной литературы


Москва. Подвал.


Дата: 09.11.2011. Время: 04 ч. 32 мин.


-- Суд определил, - стоя стал объявлять судебный акт председательствующий в судебном заседании и как придавил меня взглядом. Вот именно таким рубящим тоном самозванный офицерский трибунал давным-давно приговаривал меня к отсидке в яме за неумеренное употребление зажигательной смеси (брага + технический спирт) и чтение вслух стихов Лермонтова.

От тона судьи, от воспоминания о военном трибунале я замер и чуток похолодел, потом меня бросило в жар, опять похолодел, еще вдобавок и затошнило, а судья неумолимо вколачивая в сознание недобрые слова продолжал говорить:

-- Встать! И бегом отдать зов природе. А потом опять в подвал! И молча там лежи, не дергайся!

А я неудержимо задергался и в ужасе открыл глаза. Из кошмара забытья я вынырнул в кошмар реальности. Сориентировался в пространстве и не просто похолодел, заледенел. Моё тело лежит в темном подвале, разум пребывает неизвестно где, но явно не в физической оболочке, мочевой пузырь грозит прорывом ... Да что же это такое? Господи! Где я? Какой день? Но глухо и страшно молчат подвальные стены. Хоть время сколько скажите? А было 04ч.32 мин. Время мне сказала войдя в подвал бородатая тень и завистливо добавил (а):

-- Тебе то тут в подвале хорошо. Я тоже так хочу.

И тут я в муке крикнул:

-- Леша! Иди ты ... в общем дайте поспать сволочи, у меня же суд завтра, т.е. уже сегодня, мне отдохнуть надо ...

-- А кому сейчас легко? - тяжко вздохнул в дымину пьяный Сквер, - мне тоже домой с утра, там жена с нетерпением ждет, а это покруче всех твоих судов вместе взятых. Вставай!

Я не просто встал, я вскочил и в одном белье, босой, спотыкаясь побежал по коридорам подвала, разыскивая комнату личной гигиены. Инстинкт привел меня туда куда надо, а там где надо, в зале рядом с гигиеническим узлом, были только те кто еще был в состоянии стоять на ногах: Влад Исмагилов; Костя Шнееров, Саша Карпов и пришедший за мной бледный чернобородый Леша Сквер.

- Ты когда нибудь видел рыбу без трусов? - печально спросил сидевший за столом Влад когда я пошатываясь вышел из туалета.

-- ?! - простонал я.

-- А вот ребята про нее песни поют, - тоскливо сообщил Влад.

Ну и догулялись! Вот и пообщались! Вот и дошли до рыб ... без трусов. А что? Следующими в программе будут зеленые чертики?!

-- Идите к черту! - ласково скрежеща зубами пожелал добра я всем выжившим и сообщил, - Я ухожу. В метро.

-- Метро работает только с шести утра, до открытия еще долго, терпи, - грустно улыбаясь выдал информацию трезвый Саша Карцев.

-- А лучше не терпи, просто возьми и выпей! - посоветовал только на вид трезвый Влад.

-- А мат это хоть и черное, но все равно хоть сокровище русской культуры, - заезженной пластинкой проскрипел даже на вид нетрезвый Сквер.

-- А я поймал сегодня рыбу без трусов, - тронув струны гитары беззаботно пропел развеселый Костя.

Время было 4 часа 45 минут девятого дня ноября месяца две тысячи одиннадцатого года от рождества Христова, а раньше ...


Москва 08.11.2011.


Станция: Площадь Маяковского.


С подавляющим слух ревом заходящих на посадку стратегических ракетоносцев проносятся поезда метро. Мечутся по вестибюлю толпы озабоченных пассажиров, это которые москвичи и гости столицы. Бесцельно бродят по залу станции пребывающие в вечном усилении наряды полиции. Время 17ч. 35 мин. Мы, пришибленные литературой лица, договорились встретиться в 18ч. 00 мин. Формальный повод, прием наших ребят в Союз Писателей России. Не формальный, а когда еще встретимся? Лет уже немало, надо ценить то, что осталось. Пока никого нет. Я зверем в клетке хожу по чистому ухоженному залу станции и чувствую заинтересованные взгляды полицаев. Ох не к добру это. Вспоминаю статьи гуманных законов по которым меня могут задержать до особых обстоятельств скучающие стражи порядка. Добрых статей и особых обстоятельств много, а я один одинешенек. Рассматриваю полицаев и готовлю защитительную речь. Смотрю на часы время 17ч. 47 мин. Ну слава богу, речь для полицаев не надобится, вовремя подходит Николай Федорович Иванов.

Если использовать военные аналогии то он как раз в ранге генерал-полковника от литературы пребывает. Из-за реактивного рева поездов метроносцев объясняемся жестами глухонемых. Я будучи в литературе призывником, за генерала негодую. Значит командующий уже здесь, а личный состав где? Николай Федорович разделяя мое негодование одобрительно кивает, ну типа того: "Старайся рекрут. За Богом молитва, а царем служба не пропадет".

Подходит Володя Осипенко, он же полковник. Настоящий полковник, будучи таковым, не только по званию, к встрече подошел очень ответственно по всей военно-академической науке, у него в руках две сумки, солидные такие, в них питание для личного состава и бутылки с зажигательной смесью. Сумку, что побольше сразу у него отбираю и прижимаю к себе. Не то чтобы я не доверяю Володе, просто помню военный закон номер один: "В родной военной семье, не щелкай клювом". Володя думает, что я ему хочу помочь и со снисходительной благодарностью кивает. Сумка тяжелая и я уже горько жалею о своем неблагородном поступке. Незаметно по спецназовски подходит Уникум, только его не было, а раз вот он тут стоит и улыбается. Я ему рад. Не только тому, что его вижу, а просто помню, что он не пьет, не курит, матом не ругается, в общении вежлив и деликатен, а значит по отношению к нему можно и нужно применить второй военный закон: "Если тебе лень таскать тяжести, то всучи их тому кто рядом". Уникум (вероятно в душе жалея о врожденной деликатности) криво улыбаясь принимает тяжесть сумки в свои руки. Всё длани у меня свободны и я жму ладони всем кто подходит: Юра Беридзе, Костя Шнееров. С минутным опозданием вываливает из вагона небритый, но зато в новой куртке Влад Исмагилов. Все? Нет не все. Кого нет? Ну конечно нашего матерного классика Сквера. Его всё кроют нехорошими словами, матерят классически, по военному. Я особенно стараюсь выбрать слова поядренее. Даже Уникум переминаясь с ноги на ногу тактично замечает, что генералам и полковникам, как-то непристойно ждать майора в отставке. Но от наших пожеланий Леша не икает, его сотовый аппарат отвечает: "не доступен для связи, икать не собираюсь". Отматерившись и облегчив душу наши основные силы уходят к месту встречи в офис к Саше Карпову.

Влад и я остаемся в арьергарде и готовим встречу для Сквера. Чтобы было не скучно ждать, объявляем соревнование кто лучше, виртуознее и литературнее обругает отставного майора когда он появится. Без ложной скромности сообщаю: выиграл соревнование я, но не потому что лучше Влада знаю приложение к русскому и татарскому языку (а мы матерились на двух языках сразу), а потому, что казанский уроженец Исмагилов запнулся на полуслове, это к нам подошла очень милая дама. Дама скромно, но твердо заявила, что к военным попойкам ей не привыкать и она идет с нами, а зовут ее Лена. Я ушел в аут, а Влад подошел здороваться к спутнику дамы. Спутник дамы, он же ее муж, представился: Толя. Влад поручился: Толя свой парень. Даже при беглом взгляде на Толю я сразу понял, этот, по типу скуластого заросшего брутальной щетиной лица и разрезу глаз, точно свой парень, в том смысле, что среди тургаудов (гвардия, телохранители) Чингисхана он бы совершенно ничем не выделялся. Толя наверно догадался о чём я подумал и поспешно назвал свою фамилию. Фамилия была безупречно славянской. Матерится при даме которая держала славянского тургауда Толю за руку, было неудобно и мы перешли к обсуждению того как не словами, а действиями, мы будем прививать Скверу любовь к пунктуальности и уважение к старшим товарищам. Самым гуманным было предложения Влада встретить Лешу прямо у дверей вагона, двинуть ему кулаком в нос, и отправить дальше кататься по всем маршрутам метрополитена. Вот так почти незаметно прошло сорок минут ожидания А. Сквера.

И конечно появившись он заорал:

-- Я вас искал, я вам звонил, это вы во всем виноваты ...опять меня бросили?!

-- Ты еще по метро босым побегай, - в свою очередь заорал я, - и покричи всему московскому люду, как тебе без нас херовато.

Теперь уже дома я думаю, что в опозданиях Сквера виновна не его разгильдяйская натура, а военно мистическая тайна славянской души. Ну вот сами представьте: Супротивники методами электронной и агентурной разведки вычисляют где собираются основные силы нашей Родины. Основные силы собрались в назначенное место и время и по ним "Бац!" нанесли удар высокоточным всем таким заумным оружием. Все нас нет, прощай Родина, больше тебя защищать не кому. Ага! Не тут то было! С часовым опозданием заявляется (появляется) совершенно не похожий на славянина бородатый русский майор Сквер и тут то все и начинается ...

А вот о чем я думал на станции пл. Маяковского, воспроизводить не буду, дабы не лишать этого ... лавров современного классика матерной прозы.


Москва. Карцевские подвалы.


Дата: 08.11.2011. Время: 19ч. 05 мин.


Ну во первых это не подвал, а нулевой этаж здания в центре Москвы, а во вторых это офис Саши Карпова. А в третьих это не просто офис, а хорошо оборудованное помещение на двести квадратных метров. А по московским ценам такое помещение стоит дороже, чем дворец на Лазурном берегу Средиземного моря, а в четвертых нам всем это по фигу. Есть место где можно собраться, вот и чудненько. Это не лазурный берег и не дворец? так парни, все еще впереди, мы просто пока не выпили.

Пока мы ждали опоздавшего майора и добирались до места встречи, все наши уже предварительно выпили по первой и успели хорошо закусить после второй. В комнате звучит оживленная разноголосица довольных, выпивших и добре закусивших мужиков.

Сашу Карцева я раньше визуально не видел, и пока все рассаживались, рыскал взглядом, это где - же владелец сей пещеры Алладина - Карцева. А вот он. Выше среднего роста, плотного телосложения, улыбчивый, добродушный, двигается мягко, лицо округлое, светло русых волос на черепе уже немного, зато весь Карцев (а не только его русые волосы) излучает гостеприимство.

Да совсем не таким я представлял себе выпускника элитного Московского ВОКУ и подполковника. Думал мужик будет на вид и по характеру пожестче и порезче. А у военного разведчика подполковника Александра Карцева, под футболкой выпирает небольшой благополучный, весь такой мирный обывательский животик. Саш! Если это не животик, а могучие мышцы пресса, то приношу свои извинения.

Рассматриваю помещение, по стенам развешаны картины и фотографии знаете с этаким ненавязчивым, но вполне ощутимым налетом эротики.

-- А ты Саша, - киваю я на художественную фотографию одной особы женского пола, - Бабник?

-- Я просто очень люблю женщин, - мягко ласково и с легкой осенней печалью расцветающего "бабьего лета" отвечает военный разведчик.

С такой интонацией как у Карцева, художник говорит, что просто любит живопись и не может не писать картины, а нумизмат рассказывает о своей коллекции золотых монет.

-- Ясно, - понятливо киваю я и с испугом замечаю как Саша достает фотоаппарат и наводит объектив на собравшихся гостей.

-- Саша, - сурово требую я, - меня не снимай, не хочу тут у тебя висеть.

-- Даже и не мечтай, - усмехается Карцев, - твоя физиономия мне весь интерьер испортит, а эти фото я сделаю только для ДСП, в общем только для своих парней.

Чуть попозже я прошелся по остальным помещениям подвала, в одной угловой комнате расстелен натуральный ковер на полу, на ковре изукрашенном восточными узорами, стоит кальян. Комната для карцевских медитаций. Так и вижу как офицер военной разведки блаженно сощурив глаза и поджав ноги сидит на толстом шерстяном ковре, курит (не взатяжку) кальян, а в аромате восточно-чарующих благовоний кружат вокруг него полуобнаженные одалиски. Да-с умеют наши элитные подполковники устраиваться в этой жизни. Это я не завидую, это меня просто "жаба" душит.

Только в одном я могу упрекнуть Александра Ивановича Карцева. Саша! На кой черт, ты некурящий человек, дозволил нашей братии курить в своей волшебной пещере? Я понимаю, долг гостеприимства и все такое ... но во всём же меру надо знать. А наши (и я в том числе) не знающие меры курящие товарищи, так надымили, что плотный сизый табачно-никотиновый туман как СДЯВ окутывал все комнаты. Дышать было трудно, но можно, можно - но со всхлипами. Впору противогаз одевать, но всё было в волшебной карцевской пещере, всё, за исключением противогазов. Саш, если ты еще раз рискнешь нас всех пригласить, то сразу или запрещай курить в комнатах, или заставляй всех тут же напяливать противогазы, нехай под ними и курят.


Москва. Карцевские подвалы.


Дата: 08.11.2011. Время: 19ч. 23 мин.


- Итак вы теперь не просто отставные обалдуи, а члены Союза Писателей России, - примерно так, но значительно тактичнее стал выражаться Николай Федорович Иванов, - а значит, хватит мата в произведениях, ищите другие художественные средства для своих ненормативных выражений и прочих там эмоций. Запомни член (словосочетание "союза писателей" Иванов случайно или нет, но пропустил), если ты пишешь слово из трех букв и ставишь после него три восклицательных знака, то ты не писатель, а значит это самое слово из трех букв и есть.

Все это Николай Федорович, мудро и тактически грамотно сказал после первой рюмки с водкой и перед второй уже разлитой. Новоявленные члены, внимали серьезно и с почтением, и только матерый член (Карцева приняли в союз писателей намного раньше нас) как-то неопределенно улыбался. Я проследил направление его взгляда. Он смотрел на фотографию в стиле "НЮ". Девушка с фотки Александру зазывающе и весьма эротично улыбалась, она явно была не против того, что по отношению к ней гвардии подполковник Карцев был значит этим самым словом (и не только словом, но и делом) из трех букв. Я вздохнул, то что автором этой фотографии был Карцев, я уже знал и моя зависть была чистой, белой, доброй и светлой как капля неочищенного свекольного самогона.

Зависть мигом прошла от толчка в бок.

-- Не держи посуду, - толкнув прошипел мне на ухо, сидевший справа победительный лауреат литературной премии НАТО.

-- И губу подбери, а то раскатал чуть ли не до стола, - насмешливо добавил уже выпивший свою рюмку и сидевший слева Влад.

Я залпом выпил, натовский лауреат одобрительно кивнул, но строго заметил:

-- Когда получишь мой коньяк, не смей его так пить.

-- А как его надо пить?

-- Этот коньяк не напиток, это солнце Молдавии, его не пьют, его наслаждаясь дегустируют. Понял?

С натовским лауреатом (I место на Международном конкурсе "Arta militara"-2006) я визуально тоже только сегодня познакомился. Для своих он - Скрипа, для остальных - Сергей Васильевич Скрипник майор советского спецназа, гражданин Молдовы оставшийся в своей памяти советским человеком. Мне еще в нулевых показалось чертовски забавной ситуация когда наши майоры становятся победителями литературных конкурсов проводимых НАТО.

Когда я опубликовал свои впечатления о семинаре в Переделкино, Скрипа мрачно (в письменном виде) заметил, как ему жаль, что он пропустил такую вот встречу. Нет проблем, отвечаю я. Буду в столице в ноябре. Все наши собираются. Приезжай. И он приехал, вернее прилетел из Молдовы, бросил свои дела и пришел на встречу со своей молодостью и с нами его сверстниками. "Молодых", а это Сквер и Толя, он строил, сверстникам все подливал и подливал.

-- Ладно Серега, когда вместе твой коньяк будем пить, вот тогда и покажешь, как его надо употреблять, а пока давай водочки махнем.

-- Мужики! Третий тост! - вставая сказал Володя Осипенко.

Все встали. Молча выпили.


Спите спокойно ребята.


Ваше место тут за нашим столом никто не займет. Вечная память.


Может и нас когда помянут.


Москва.


Жизнь одна на двоих


Дата: 08.11.2011. Время: вроде 21час и черт знает сколько там минут ...


-- Вы выйти покурить не хотите? - на "вы" и обращаясь по имени отчеству спрашивает меня сидящий за столом напротив Толя.

Когда меня в гуляющей компании называют по имени отчеству с обращением на "Вы" я сразу чувствую себя древним как истлевшая кость птеродактиля, ясно дело меня это бесит и я рычу:

-- Толя! Я тебе сколько раз говорил, обращаться ко мне только по имени и на "ты".

-- Извини, - как бы пугается рыка Толя и виновато прибавляет, - Пойдем покурим?

-- Ну то-то же, - довольно ухмыляюсь я, - смотри больше не забывайся, а покурить пошли.

А раньше когда мы еще только выдвигались в волшебную карцевскую пещеру, то по пути зашли затарится в ближайший магазин. Сквер и Влад выбирали выпивку, Толя, его жена Лена и я покупали закуску.

-- Взвести нам буженины и колбаски, - вежливо попросил Толя продавца и мне немного смущено:

-- А вам как свинину? Ничего, а? А то может чего другого возьмем?

-- Толя! - поморщился я, - во первых обращайся ко мне на "ты" и по имени, а во вторых я советский солдат. В Советской армии служили люди разных национальностей и вероисповеданий, но свинину жрали все.

-- Понял, - повеселел Толя, - еще чего возьмем?

-- Тушенки, - предложил я.

-- И салатов, - скромно подала голос Лена.

-- Сашка звонил, - от кассы крикнул нам Влад, - он все уже закупил.

-- Водка лишней не бывает, - хватая с прилавка бутыль "Царской" по "житейски мудро" заметил я.

-- Я так понимаю, что я самый молодой тут? - оглядывая нас с грустью отметил Толя и со вздохом скромно, - Ладно, значит все пакеты с выпивкой и едой несу я.

От магазина идем в пещеру Карцева. Ведущий Влад. Он спутал переулок. Лешка Сквер хотел матернулся, но покосившись на Лену сдержался.

-- Военная разведка везде путь найдет и где угодно пройдет, даже в дебрях столицы, - лихо заявляет Толя и рвется на роль ведущего, держащая мужа под ручку Лена снисходительно улыбается.

-- Понаехали тут, еще и москвичам указывают, - ворчит урожденный казанский татарин Влад, - нас коренных отстранить хотят.

Идем петляя по переулкам дальше, для поддержания разговора и без особого интереса спрашиваю Толю:

-- В разведке служил?

-- Да вроде того, - скупо и как нехотя отвечает Толя.

Да мне в общем то и наплевать, не хочешь говорить ну и не надо. А поговорить он хотел только на тему которую я обсуждать в принципе не люблю.

-- Знаете вот читал вашу книгу, - смущено стал высказывать свое мнение Толя, - и хочу вам сказать ...

-- Толя я же просил только на "ты", а свои работы я не обсуждаю. Пишу как умею, нравиться читайте, нет, ну и не надо.

-- Нам понравилось, - стала поддерживать мужа Лена, - вот только ...

-- Понравилось? И на здоровье! - наверно это прозвучало грубовато, но все же я резко решил закончить обсуждение, - Кстати моя работа о которой вы говорили сыровата и не закончена. И больше я на эту тему не говорю.

Наверно они немного обиделись и дальше переговаривались только с Владом.

В подвале у Саши Карцева мы сняли верхнюю одежду. Все люди были одеты ... ну как нормальные люди и только трое пришли в костюмах Юра Беридзе, Толя и я. В отличии от меня Толя не носил галстук, а на его темном пиджаке золотом светила звезда Героя России.

-- Ты в каком чине то пребываешь? - пока мы курили в соседней комнате поинтересовался я у Толи.

-- Уволился с должности начальника штаба бригады специального назначения, звание - полковник.

-- Полковник. Герой России. А чего дальше то не служилось? Тебе же еще и сорока нет. Стал бы генералом, а то куда и выше бы попал, - усмехнулся я.

-- У нас в стране другие генералы нужны, - отмахнулся от вопроса Толя и как отвердело его лицо и он тихо добавил, - А я так не хочу, совесть дороже генеральских лампасов.

А мне все равно, если кто не поверит, что в наше подлое и жестокое время еще есть такие ребята. Понимаете?! Мне все равно, что мне никто не поверит, что этот парень за очень короткий срок, без всякого блата и разных там сиятельных поддержек, дослужился от рядового срочной службы до полковника. Ребята которые были на нашей встрече знают, что это правда, а большего доверия мне и не надо. У нас не принято спрашивать кто и за что получил боевые награды. И я у Толи не спрашивал. Влад мне потом рассказал:

Отряд спецназа выдвигался на боевую операцию. Шли маскируясь по высотам, а ниже в долине, превосходящий по численности и огневой мощи отряд духов окружил группу наших пограничников. Погранцы в огневом кольце вели свой последний бой, шансов выжить у них не было. Русский спецназ вступил в бой. Их было десять бойцов против несколько сотен. Отряд противника был частично уничтожен и полностью рассеян. У группы спецназа потерь не было.

А ведь могли и мимо пройти, не их это был бой. Не прошли, честь и совесть были сильнее страха. Они пошли в бой и победили. Матери, отцы, жены, дети наших ребят встретили своих родных живыми, а не в цинковых гробах.

Если от гибели спасут вашего отца, сына, брата, друга то лично вы какое звание присвоите тем кто выбрал честь и совесть?

А еще у нас все ребята с большим жизненным опытом и острым чутьем к малейшей фальши и никто не отметил, что этот впервые увиденный нами офицер хоть как-то чванится своим званием героя. Нормальный, приятный в общении, скромный, с чувством внутреннего достоинства офицер русской армии. И увы уволенный от службы офицер.

Перекурив мы вернулись за стол.

-- Ты ему не верь, - засмеялся Володя Осипенко и повернувшись к Толе кивнул в мою сторону:

-- Он такого насочиняет ... про меня так написал, что я и НАТО брал, потом его кусками рвал и все такое, а ведь не было ничего ...

-- Володя, - чуток обиделся я, - ничего я не вру, только чуть акценты и временные рамки смещаю. Ты батальоном наших десантников в Югославии командовал?

Володя кивает. Было дело. Я продолжаю:

-- Ты бухая с украинским летчиками на их базе в Косово, натовского полковника на три самых знаменитых русских буквы посылал? Да так что он только молча утирался и медленно обтекал?

Осипенко довольно улыбается. И это было. И я крайне возмущенно:

-- Так в чем же я соврал?

-- В принципе не в чём, - улыбается Володя, - но поскромнее надо быть товарищ сержант, поскромнее.

-- Я вам товарищ гвардии полковник, не просто сержант, а гвардии младший сержант, - чеканя слог наигранно возмущаюсь я, - и заметьте, я такой гвардии младший сержант которому сам гвардии полковник в Переделкино за компотом бегал. Еще вопросы есть?

-- Нет, - хохочет Осипенко и наливает мне водку в рюмку, - и обязательно теперь напиши, что тебе гвардии полковники собственноручно водочку наливали и подносили ...

-- А еще ..., - это уже Толя хохочет, - напиши как полковник русского спецназа за тобой сумочку с водкой и закуской носил. Напишешь?

-- Гм... напишу конечно, - польщено заулыбался я, - а пока еще не написал, может просто выпьем, а?

Выпили. Сидевший рядом с Осипенко Сквер отвечая на язвительную реплику Скрипы, громко матернулся. Я поморщился, сидевшая рядом с мужем Лена и бровью не повела.

-- Лен, - обратился я к ней, - тебя наверно это всё достало?

-- Мне не привыкать, - по приятельски улыбнулась мне Лена, - это я для мужа, хорошая жена и любимая женщина, а для всех остальных, как говорится "свой парень".

-- И давно вы женаты?

-- Перед тем как Толя ушел служить, мы поженились. Нашему старшему сыну уже семнадцать.

-- И ты?!

-- А я ждала, - тихо и спокойно сказала Лена, - ждала когда он был на срочной, ждала когда он ушел в спецназ, я ждала и он всегда возвращался, такая вот у меня служба ждать мужа и воспитывать наших детей.

-- Знаешь Лена, - немного растерялся я, - извини, но я об этом не смогу написать. Никто не поверит, что сегодня такое бывает. Понимаешь меня?

-- Да легко, - беззаботно засмеялась Лена, - если уж мне не верят, то тебе то уж и подавно. Мне все столичные подруги говорят, мол тебе с мужем Героем России и полковником, любой ветер в спину, чего мол тебе горевать, он любую проблему решит. Да только я не за героя и полковника замуж выходила, я по любви нашу семью создала. Ну не был бы Толя полковником и героем, лично для меня и нашей семьи это ничего бы не изменило.

-- У нас жизнь и судьба одна, поделенная на двоих, и Лена такой же герой и полковник как и я, - прислушиваясь к нашему разговору заметил, как о чем-то совершенно нормальном, ее муж и очень серьезно добавил, - А эта Звезда, она не только моя, это Звезда моих ребят из нашего спецназа.


Анатолий! Елена! Я в дальнейшей быстротечной суете нашей встречи забыл спросить у вас разрешения, на право указать вашу фамилию в этих записках. И это единственная причина по которой она не оглашена. Вы и еще кое что мне рассказали, но полагаю это сугубо ваше личное дело, и поэтому писать об этом не стал. Удачи ребята!


Москва. Карусель


Дата: пока еще 08.11.2011. Время: ну не помню я уже ...


Первым уходит Николай Федорович Иванов.

-- Ну ребята, - пожимая протянутые руки, говорит он, - Держитесь. Это пока вы издателям не больно то нужны. Но судить о нашем времени будут и по вашим работам тоже.

Потом пытается смыться "по-английски" Уникум. Его перехватывает Влад.

-- Ты куда? - хватает он его.

-- Уникум! - кричу я, - ты когда мне дашь разрешение назвать твою фамилию и звание? Ты - ж без звания Уникум не полноценный, а вот как народ узнает что ты ...

-- Тихо, - прерывает меня Уникум из спецназа, - пока нельзя.

-- Почему? - пьяным и громким шепотом спрашиваю я.

-- Я опять в самоходе, - признается Уникум.

-- О! Оооо!!! - от "черной" зависти издаю я дикий вопль на всю карцевскую пещеру.

Есть чему завидовать, мужику хорошо за сорок, а он как молодой от службы в самоволки ходит. И не просто ходит, он в этом самоходе не пьет со всей командой, не пьет в одиночку, не лается матом, не рассматривает эротичные фотографии красоток, а тихо и скромно сидит себе в уголке и все улыбается. Эх Уникум, Уникум, одно про тебя можно сказать, хоть и приняли тебя в Союз Писателей России, но как ты был Уникумом так им и остался.

Незаметно уходит Юра Беридзе. Юра извини, мы с тобой толком даже и не поговорили, ладно в следующий раз ...

Выпив на посошок уходит Володя Осипенко. Ничего товарищ полковник следующая встреча не за горами и тогда вы уйдете только с рассветом.

Пытаюсь свалить и я. Влад цепляет меня за руки и начинает выговаривать:

- Нет, я не понял, ты то куда торопишься? Тебе что скучно? У тебя жена и малые детки за тридевять земель. Ты это к кому тут собрался?

-- У меня завтра суд, - жалким тоном оправдываюсь я, - я же по делу приехал.

-- Нет, я не понял? - еще сильнее сжимает мне руки Влад, - ты что у нас в стране один работаешь? Мы, что по твоему бездельники? И нам на работу, но мы этого не боимся и пьем. Марш за стол!

А за столом Скрипа смещал водку и с коньяком. И не очень удачно. Вот и выговаривает Скверу:

-- Молчать летеха! Когда с тобой майор советской армии разговаривает. Цыц!

-- А я тоже майор! - орёт Сквер, - и я не виноват, что у нас в стране матом разговаривают. Как они говорят так я пишу.

На другом конце стола Костя под гитару исполняет песни, его слушает печальный Саша Карцев и смотрит в нашу сторону с выражение: Ну как же вы меня задолбали, гости дорогие.

-- Давай выпьем! - Леша пытается приобнять Скрипу.

-- Руки убрал, - с ледяным пьяным спокойствием говорит кряжестый плотный Скрипа, худом Скверу.

Тот ручки одергивает. Скрипа пьет коньяк. Помотав головой собирается уходить. Я пробую его остановить.

-- Руки убрал, - требует Скрипа и идет к выходу.

Я и Влад его провожаем. Быстро редеют наши ряды, но на смену ушедшим, на такси спешит пополнение, это приятель Толика выразил желание присоединится к нашей компании.

Толик спрашивает разрешения у Влада:

-- Можно?

Тот кивает:

-- Да.

Пополнение заваливается в подвал. Осмотревшись и выпив, пополнение пытается завести со мной разговор о литературе. Вот сейчас самое время о литературе поговорить, я уже почти никакой, но все равно слушаю и даже что - то там отвечаю. К нам присоединяется Толик, случайно выясняется, что в городе где я проживаю у него есть друг и разные там другие интересы. По поводу интересов я не называя конкретных имен и фирм, даю общую консультацию. Товарищ Толика тяжело вздыхает:

-- Нет, вот я все понимаю, или почти все. Но одно для меня загадка. Почему вы все такие порядочные, такие все патриотичные, а как дело доходит до того как урвать кусок у государства, так вам "палец в рот не клади" с рукой оторвете? В чем дело?

-- Ответ на этот вопрос, - пьяно ухмыляюсь я, - заведет нас в дебри отечественной истории. Наш человек всегда воспринимал и воспринимает государство как чужеродный, ненужный и даже враждебный ему орган, оторвать у которого кусок не грех, а свидетельство здорового соревновательного инстинкта, потому как государство по отношению к своему подданному всегда делает тоже же самое, только с большим успехом, - и проникновенно добавил, - верь мне, по первому диплому я историк.

-- Я тебе верю, - проникновенно заверяет меня полковник спецназа Толик, - и верю я тебе только по тому, что по первому диплому я тоже историк.

Обалдеть! В изумлении смотрю я на Толика, а тот продолжает меня удивлять:

-- А вот по второму диплому, я как и ты юрист.

Нет слов, только междометия. Слава богу приходит Лена и строго напоминает Толику, что это для всех остальных она "свой парень", а для него жена, и вот жена говорит уже добре подгулявшему мужу, что им пора домой. Они уезжают на такси. Пора и мне уходить если не домой, так в хоть гостиницу. Твердо, бескомпромиссно заявляю всем кто остался о своем намерении отбыть восвояси.

-- Иди, - легко соглашается Влад, - пешком как раз до утра и дойдешь.

-- Сколько сейчас время? - возмущенно кричу я и мне отвечают ...


Москва.


Дата: уже 09.11.2011. Время: 02 ч. 23 мин.


И это еще не окончание банкета


Что я дальше говорил, как кричал, как возмущался и выл на электрический свет, пусть Лешка Сквер расскажет, ему это легко простят, у него репутация такая ...

Мои вопли прервал Саша Карцев:

-- Приляг на диванчик, поспи по шести утра, а там и езжай куда тебе надобно, - добродушно и устало предложил он.

-- Куда идти? - сразу согласился я.

И мы пошли по изломанному коридору с низкими потолками. Комната изолированная, диван раскладной и удобный, постельное белье Саша постелил свежее, заботливо положил поверх теплое одеяло, поправил пуховую подушку:

- Отдыхай, я разбужу, - сказал он и ушел к тем кто еще стоял на ногах или сидел за столом и продолжал общение посредством уничтожения остатков коньяка.

Засыпая я подумал: Нет жизнь прожита не зря, если полковник спецназа таскает за мной сумку с водкой и закуской, полковник тактического десанта заботливо наливает водку и просит меня не забыть об этом написать, а выпускник элитного военного училища и подполковник стелет мне свежее белье. Мне давно списанному со всех учетов младшему сержанту и командированному в столицу провинциалу, уже есть чем гордится в этой жизни ...


Москва. Карцевская пещера.


Дата: 09.11.11. Время 05 ч. 07 мин.


А дальше? Так посмотрите начало этих записок, как пришел сильно навеселе Лешка Сквер и завидовал моему положению: лежа на диване, под тепленьким одеяльцем. Как трогательно пел о рыбе без трусов, Костя Шнееров. Как в изумлении от этой песни пребывал Влад у которого только и осталось, что твердая память и здравый смысл, когда все остальное пребывало в алкоголе и все терпел и терпел наше присутствие бледный, уставший Саша Карцев.

Потом я ушел на станцию метро. Извините ребята, дела. Все-таки я работать в столицу приехал, тоже знаете не стоит подводить тех кто доверил мне представлять их интересы.

Провожали меня по хорошему, под весьма недвусмысленные звуки, это Лешка обнимался в туалете с унитазом, в перерывах между позывами объясняя ему что мат это ...

И пока он там объясняется с белым гигиеническим агрегатом, я скажу: Спасибо ребята за встречу. Спасибо за тот не утраченный нами дух искреннего товарищества. Спасибо, что отодвинув на время свои дела мы опять собрались.

И ты Александр Иванович прими персональную благодарность, за приют, искреннее гостеприимство и терпение. Было по настоящему приятно с тобой познакомится.

Всем пока. На связи!

Всем, кроме Влада и Скрипы, с ними я еще успею смотаться за рубеж, обсудить нормы международного права, заранее погасить пару военных конфликтов, а потом чинно за чашкой кофе обсудить благоустройство исмагиловского поместья. Не верите? А ведь это правда!


Республика Молдова.


Дата: 09.11. 2011. Время: 18ч. 00 мин.


В Молдову я и Влад прибыли на метро. На пограничной станции нас встретил спокойный сдержанный, хорошо отдохнувший Скрипа и сразу спросил документы. У меня был паспорт, Влад как офицер спецназа личных документов при себе принципиально не носил.

"Прорвемся" - сурово обнадежил Скрипа и через пару минут мы с внешне беззаботным видом пересекли границу РФ.

Уверяю вас, это не белая горячка и вовсе не фэнтэзи, а твердое знание положений Венской конвенции 1814 года, которая установила, что посольство является суверенной территорией того государства интересы которого она представляет в стране пребывания. Во как завернул! А если без словесного выпендрежа, то мы пришли спокойно посидеть в ресторане при посольстве республики Молдова.

Скрипа консультировал нас в выборе блюд национальной кухни. Так хорошо консультировал, что Влад заказал пельмени, а я легкий куриный супчик. От употребления алкоголя отказались все. Скрипа хотел обидеться и если не прервать с нами отношения, то предъявить ноту протеста это уж "как пить дать". Нашли устраивающий стороны компромисс. Скрипа заказывает холодные закуски из ассортимента национальной кухни и соглашается выпить пива "Сибирская корона" (это в молдавском то посольском ресторане, где все вина натуральные), я отважно принял решение попробовать мамалыги о которой много слышал и читал, но никогда употреблял. Влад ..., ну вы же его знаете, его с принципов танком не сдвинешь, он требовал пельмени и получил их, зато тоже пил пиво. Чтобы больше к еде не возвращаться сразу скажу, качество блюд - отменное, национальные закуски вкусно съедобные, мамалыга меня немного разочаровала, зато обслуживание (официант был вежлив, и ненавязчиво советовал, что именно он рекомендует заказать) было на уровне.

-- Знаешь где сейчас все наши "герои" национально освободительной борьбы от московского засилья живут? - спрашивает покрасневший от злости Сергей Скрипник.

-- В Америке? - предполагаю я.

-- Да на ... они штатам не нужны! - клокочет Сергей, - все тут в Москве тусуются, бабки делят, а у нас в республике народ еле концы с концами сводит. Знаешь сколько у нас ваш газ стоит?

-- Нет, - нехотя отвечаю я.

-- В два! Ты слышишь в два раза дороже чем в Европе ...

Влад морщится и пытается перевести разговор на сельское хозяйство, Скрипа его не слушает:

-- А Приднестровье? - понижает голос он, - ты знаешь, что на двести тысяч населения там двести филиалов российских банков?

-- Сергей! - уже теперь я морщусь, - мне это объяснять не надо, я тебе сам могу рассказать, "что как и зачем" и двести финансовых схем нарисовать. И тайны тут никакой нет. Все всё знают, и всё всем по ...! Проблема нашего времени не коррупция, не откаты и увод денежных средств, главная проблема это всеобщий похеризм.

-- Овцы, - с презрением бросает Скрипа.

Ты не прав Серега, народ не стадо овец, просто люди уже никому не верят и больше никто не хочет умирать чтобы очередные "борцы" делили бабло. И я не прав, это не похеризм, это здравый смысл. И давай замнем эту тему. Пока еще есть возможность все решать без конфликтов. Вот и твоя любимая Молдова, больше не воюет с Приднестровьем, пока во всяком случае. Война дерьмо, и мы пишем об этом. И если это поможет остановить хоть один конфликт, если мы сумеем предупредить хоть один выстрел, то наша жизнь прожита не зря.

-- А я землицы прикупил, - сообщает Влад, - еще чуток в столице поработаю и на природу. На земле буду жить. Пахать, сеять, собирать, дом построю.

-- Я бы с тобой поехал, - вздыхаю я, - но не умею пахать и сеять, строить дома тоже. Так и придется кормиться на правой ниве, сеять иски и собрать гонорары.

-- Не умеешь? Научим! Не хочешь? Заставим! - засмеялся употребляя военное присловье Влад, и мечтательно, - весной еду на земельные смотрины. Ты как?

-- Если надо то помогу оформить тебе документы на землю, а вот пахать и сеять, извиняй, зато когда дом отгрохаешь, то жди в гости.

А гостям тактично намекают, что пора и честь знать. Ресторан при посольстве работает только до 23.00. А время уже 23.34. Благодарим, расплачиваемся и уходим. Мы покидаем республику Молдова и выходим на московские улицы. Сергей нас провожает до станции метро. Без лишних слов прощаемся. Сергей уходит.

Не хочется спускаться в подземелье метро и я предлагаю прогуляться по улицам Москвы. Влад соглашается. Метет мокрый липкий снег, день будний, на вечерних улицах народу немного.

Мы неспешно идем и разговариваем о живописи и литературе, вспоминаем товарищей тех кто жив и тех кто ушел ...

-- Я думал, что после сорока, у меня новых друзей уже не появится, - тихо и чуть смущенно говорит Влад, - А тут видишь как все обернулось, эх, сколько же у нас отличных ребят.

-- Если к нам приходят новые друзья, значит жизнь еще не окончена, а все лучшее еще впереди, - я похлопал Влада по плечу и повторил, - все еще впереди ...


Москва. Аэропорт.


Дата: 10.11. 11. Время: 06 ч. 00 мин.


Объявили посадку на мой рейс. Пока ребята! До встречи!


То взлет, то посадка, то снег, то дожди,


Сырая палатка, и писем не жди.


Идет молчаливо в распадок рассвет.


Уходишь - счастливо! Приходишь - привет!


Ю. Визбор