# Эссенция.

Максим Валентинович Черников

Эссенция.


Не задолго до событий, описанных в "Опять про Вову", в моей военной жизни случился очередной повод для рассуждения. Спешу поделиться...

Все кто читал мои предыдущие творения должны помнить, как ловко наши специалисты по психборьбе воспрепятствовали инженерному оборудованию позиций боевиков на Терском хребте, забросав листовками мирных землекопов. Напомню, что в тех листовках подробно объяснялось, как отличить настоящие доллары от фальшивых. Я считаю, что это было сделано очень грамотно, практически гениально. Смотрите сами. Никто не стрелял, никого не убили, а инженерное оборудование позиций противника сорвано! Жертв нет, эффект есть!

Но врага тоже надо уважать. И, несомненно, в один ряд с листовками можно поставить гениальное решение командования боевиков, ни в коем случаи не разрушать, оставляемый противнику винный завод. Уже предвижу улыбки на ваших лицах. Мне тогда "посчастливилось" быть в первых рядах группировки занявшей территорию винзавода. Когда матушка - пехота танком повалила въездные ворота (в калитку всей толпе уже было тесно), я был занят изучением колеса БТР-70, порванного осколком снаряда. Соответственно мог только догадываться, что происходит внутри завода. А там, судя по звукам, разгорался бой. Но звуки боя бывают разные. Опытный вояка без проблем и с первых секунд поймёт, кто в кого и из чего стреляет. Я, к тому времени в звуках боя разбирался. Но не один шаблон под услышанное не подходил. Заинтересовавшись, я прошёл через поваленные ворота и понял, что вместо положенного уличного боя имеет место бой посуды! Я, предполагаю, что именно так и выглядел штурм Эрмитажа, возмущёнными массами революционных рабочих и матросов (А временное правительство само виновато. Нет, чтобы пустить жадных до духовного совершенствования рабоче-крестьянских матросов в Эрмитаж бесплатно. Они входные билеты с пяти часовой очередью придумали. А сердце не камень. Быть в Питере и не посетить Эрмитаж.. Так мало того, ещё и заставили всех через ворота Дворцовой площади карабкаться, хотя вокруг было полно свободных подходов). Здесь же, как я описывал раньше, свободных подходов не было. Зато был свободный танк, который, кстати, в настоящий момент был брошен экипажем и обиженно одиноко пыхтел дизелем неподалёку. Экипаж, в полном составе был увлечён штурмующими массами в глубину территории. Одним словом победа была за нами.

Пройдя вглубь территории, я не слабо был озадачен размахом винного производства. Думаю, что все представляют железнодорожные цистерны? Теперь берём целый состав этих цистерн, ставим их вертикально и наполняем вином. После этого соединяем цистерны системой трубопроводов, строим административные и хозяйственные постройки. Открываем гараж и целый цех по ремонту техники. Прокладываем по территории железную дорогу. Заполняем помещение объёмом в три спортзала пустыми бутылками, этикетками и пробками. И вы видите то, что тогда увидел я! А теперь попробуем угадать, где в первую очередь оказались возмущённые рабоче-крестьянские матросы нашей группировки? А вот и неправильно! К ёмкостям все успеют. А вот к сейфам административного здания, которые набиты валютой и драгоценностями только самые быстрые и проворные.

Пока шла "зачистка" административного здания остальная масса тупо глазела на исполинские магарычи и прикидывала, куда можно слить содержимое и желательно всё. Глубокое раздумье было прервано появлением возмущённой группы из административного здания. Причина возмущения и негодования была ясна. Все были возмущены вероломством и жадностью подлых и мелочных боевиков, не оставивших нашим войскам ни валюты, ни драгоценностей, ни даже самих сейфов.

Пока одни тупили, глядя на запасы вина, другие тупили, ведя бой посуды. У каждого человека есть своеобразный комплекс. У одного моего товарища была идея фикс, запустить в ротный пятисот литровый аквариум бильярдным шаром. У другого, подпрыгнуть в коридоре казармы и мощным волейбольным нападающим ударом погасить плафон освещения. Третий свою идею довёл до логического завершения - выпил залпом огромный бокал ледяного шампанского, чем нанёс себе ущерб в виде наикрутейшей ангины. Так вот, перед ангаром с пустыми бутылками тоже имело место реализации комплексов. Человек пятнадцать, как в ковбойских фильмах, поливали запасы пустой тары из автоматов. Сие действие с трудом было прекращено мной и ещё одним офицером. Кое-как, угомонив разбушевавшиеся народные массы, я двинулся на выход, видя, что на территорию завода продолжают прибывать войска.

Вино, спирт и прочие алкогольные продукты заполнили все пригодные и непригодные ёмкости нашей группировки. Были случаи, когда вино заливали, даже в баки боевой техники, я уже не говорю, про фляжки, бутылки и т.д.

Командование поняв, какой "подарок" был оставлен бандитами на винзаводе, приняло экстренные меры, по "закодированию" личного состава и прекращению доступа к "оазису счастья" непосредственно. Были восстановлены ворота. С территории завода, путем не человеческих усилий были выдавлены революционные массы. В полном составе отловлен, опознан, приведён в чувство и выдворен за ворота, вместе с вверенной матчастью, танковый экипаж. А по периметру выставлен караул, возглавляемый очень надёжным и очень ответственным старшим лейтенантом внутренних войск. В войсках проходили мероприятия по изъятию алкоголя местного производства. Одним словом было сделано всё, для прекращения "свадьбы в Малиновке".

Правда, не обошлось без казусов. Так, например, было установлено, что столь близкое соседство с немереными запасами халявного алкоголя, кого хочешь, заставит нарушить устав гарнизонной и караульных служб. Первой жертвой пал старлей вэвэшник. Его не меняли уже пять дней (не было надёжных)... Через некоторое время, озабоченное неоднократными невыходами на связь караула на заводе, командование отправило замполита группировки разобраться, в чём дело. Вернувшись обратно воспитатель доложил, что на заводе всё хорошо, за исключение обнаруженного пьяного караула, братающегося в полном составе с вернувшимися революционерами. Командующий приказал, с завода всех выгнать, а начмеду группировки представить кандидатуру офицера с тяжёлой формой какой ни будь язвенной болезни. Такого отыскали (читай "Капитан Вася") и назначили начальником караула. Язвенник продержался сутки. Сняли и его. Вконец разозлённый генерал лично прибыл на злосчастный завод. После небольшой паузы, генерал выстрелил в одну ёмкость из гранатомёта. С противным шипением граната, не желая идти на сделку с совестью, отрикошетила от цистерны и взорвалась в районе гаража. Поняв, что дальнейшая борьба бесполезна, было приказано открыть сливные краны и вылить весь алкоголь. А что делать? Боевая готовность войск важнее.

Я был на этом заводе ещё раз. В конце ноября месяца, огромные осы и пчёлы ползали по территории, а мои берцы по щиколотку были в вине.

Война это всегда горе и разрушения. И какой бы она не была, справедливой и молниеносной, всегда её будут сопровождать разорение и страдание. Это закон жизни.

Одним словом, после принятых мер спрос на алкоголь вновь превысил предложение. Народ стал потихонечку возвращаться к естественному природному состоянию печени. То там, то здесь начали возникать диспуты о пользе здорового образа жизни. Как вдруг над нашим полком пронесся слух, заставивший замолчать голоса разума о трезвости. Оказывается, личный состав нашего ремонтного подразделения тоже посещал легендарный завод и в итоге уже два месяца среди ёмкостей с техническими жидкостями покоилось около двухсот литров фруктовой эссенции. Я не слабо заинтересовался этим обстоятельством и, пообещав командиру ремонтников, сеанс телефонной связи с домом, стал обладателем заветной жидкости в объёме двадцати литровой канистры. Правда, передавая мне, ёмкость ремотно-материальный ротный предупредил, дескать, жидкость на любителя. В этом я и мой незабвенный начальник Юра, очень скоро убедились. Тем же вечером собравшись узким кругом, я разлил заветную жидкость по миномётным колпачкам. Выпив по одной, мы с Юрой поняли, что пить эту гадость в чистом виде просто невозможно. Юра тут же вспомнил, что эта суспензия используется исключительно в качестве вкусовой добавки. И если ты хочешь насладиться ведром грушевого напитка, в это ведро с водой надо налить одну чайную ложку. Как выяснилось позже, от нас с Юрой прёт грушами, как с фруктового склада и о нашем прибытии народ знал за пять минут, благодаря бесподобному амбре. Но сдаваться так сразу мы не собирались. Как только мы пришли в себя, я предложил попробовать ещё раз, перед этим разбавив водой. После завершения манипуляций по смешиванию мы выпили ещё по одной и тут же поняли, что перед этим был просто божественный напиток. Совершенно раздосадованные мы свернули ужин и отправились спать, бурно обсуждая вероломство ремонтного ротного.

На этом, однако, история не заканчивается. Примерно через две недели, после описываемых событий, над нами с Юрой перестали ржать боевые друзья (типа почём нынче килограмм груш). А ещё через две недели, когда мы уже забыли о досадном недоразумении, злополучная эссенция неожиданно пригодилась.

В наш полк, наконец то прибыли специалисты из рембата. Колонна пришла в составе ЗиЛа-131, с техническим кунгом и огромного ракетного тягаче, к которому была прикреплена колёсная платформа, предназначенная для эвакуации самоходной установки. Всю эту кавалькаду сопровождал бронетранспортёр. Возглавлял команду очень шустрый старший лейтенант. Не мудрствуя лукаво, ремонтники подогнали трейлер к неисправной самоходке, быстренько затащили её на платформу и уже были готовы убыть во своясье, когда на пути колонны, словно вратарь перед пробитием пенальти встал я. Дело в том, что вот уже неделю, я маялся с одним из своих БТРов. Оторванный редуктор привода вентилятора охлаждения двигателя мог быть приварен, только специалистом с использованием электродов для сварки брони. Как только ремонтники приехали, я сразу обратил внимание на ЗиЛ-131. Такие машины, как правило, укомплектовывались, столь необходимым оборудованием.

Выслушав мои мольбы, шустрый старлей спросил, чем я буду благодарен. Я стоял перед ним как простая русская женщина Изольда Розенфельд и судорожно соображал, что у меня есть на обмен. Мозг ничего полезного не выдавал. Попытка призвать шустрого коммерсанта к совести закончилось его командой по радио "приготовиться к движению". И тут как гром среди ясного неба. Как жёлуди в грушевом саду...

...- Всё хозяин, принимай работу! - Я залез на башню БТР и оценил профессионально положенные старым прапорщиком, сварочные швы. Теперь прожектор, стоящий на крыше БТРа был перемещён на кронштейн пулемётной установки и куда смотрел луч света, туда смотрел и пулемёт.

- Ну что ж мужики, спасибо. Классно сделано. Теперь как обещал. - С этими словами я передал шустрому старлею и его подчинённому прапорщику - сварщику сумку с двумя полторашками эссенции. Счастливые ремонтники начали готовиться к движению.

Редуктор заварили в два счёта. Я же пообещал увеличить вознаграждение вдвое, если приварят ступеньку между колёсами и переместят прожектор. Условия договора сторонами были выполнены полностью, плата внесена своевременно. Претензий в отношении друг друга участники сделки не высказали. Больших трудов, правда, мне стоило убедить старлея не пробовать эссенцию в расположении полка. Типа, этот, несомненно, божественный напиток хранит в себе сильнейший изъян в виде грушевого перегара. А наш командир этот запах за версту чует. Так что вы уж до дома доедете, а там в полный рост. Мои доводы ремонтников убедили. Правда это им не помешало быть отблагодарёнными самоходчиками и в процессе эвакуации "уронить" сорокапятитонную самоходку в глубокий овраг. Отдельной эпопеей стоит рассказ, о том, как падала, кувыркаясь, самоходка и как её доставали. Проводив горе - эвакуаторов, я ещё раз похвалил себя за то, что не стал выливать чудо-жидкость на землю, а нашёл ей применение.

После уезда ремонтников прошло две недели. Я, в соответствии с приказом командира полка был откомандирован в приграничный с Чечнёй городок, на территории которого располагался отдельный ремонтный батальон. Суматоха последних дней заставила меня забыть о весёлой истории с ремонтниками и полностью сосредоточится на делах насущных. Причиной моего откомандирования было приведение в полную техническую неисправность того самого БТРа, который ремонтировала команда шустрого старлея. В негодность пришло всё, за исключением редуктора, ступеньки и прожектора. Как тогда сказал прапорщик-сварщик "гвардейская работа". Не знаю, был тот рембат гвардейским, но работа и правда была сделана на славу. Кое-как, доковыляв до расположения рембата (нет тормозов, нет задней скорости, вперёд работает только третья, не исправен гидроусилитель руля), мы (я и двое солдат) были, тепло встречены группой ремонтников. Они как муравьи налетели на наш БТР и тут же приступили к работе. Меня же вместе с бойцами проводили в столовую, а потом в расположение, где ожидали свою отремонтированную технику такие же бедолаги, как и мы. На следующий день нашего пребывания, я, наблюдая за тем, как проходит ремонт и попинывая своих бойцов, чтобы тоже помогали, познакомился с командиром роты ремонта бронетанковой техники. Капитана звали Серёга. Выяснив, с ним кто, где был и как воевал, после распития кизлярского коньяка, я был великодушно приглашён переехать из казармы в офицерский блок, где жили местные ротные. Как положено, вечером я накрыл стол и стал в доску своим среди данного коллектива. Мужики были простые, без какой бы то ни было распальцовки и изысков. Ремонт БТРа шёл полным ходом. В свете нового знакомства, меня ремонтировали вне всякой очереди. Помимо ремонта, вышедшего из строя оборудования, были заменены оба двигателя, и радиостанция. Через четыре дня я был готов к выезду. Но уже начало смеркаться и меня, не смотря на все усилия, не выпустили с базы. Подошедшие собутыльники, видя моё настроение, сообщили забавную новость. Оказывается, у какого-то там Василича или Петровича, не то прапорщика, не то майора, недавно родился ребёнок, не то мальчик не то девочка короче ничего конкретного. А вот то, что он сегодня купил у местных трёх баранов, немеренно алкоголя и собирается вечером проставляться - это точно.

Длинный ангар был заполнен выстроенными в две шеренги столами. На столах стояли керосиновые лампы и в их свете едва можно было разобрать, кто сидит рядом с тобой и кто сидит напротив. В больших аллюминевых чашках вкусно дымилось свежайшее мясо. Много зелени, лаваши, всякие соусы и прочие атрибуты кавказской кухни делали честь виновнику торжества. Правда сам Василич или Петрович сидел очень далеко и поэтому до меня и моих соседей еле-еле долетали обрывки тостов за здравие майора или прапорщика и недавно рожденных мальчика или девочки. Самое главное настроение у всех было отличное. Я, например, радовался ближайшей перспективе убытия в родной полк и был в общем порыве по-своему счастлив. Но, как и положено, в любом русском застолье всегда найдутся не довольные. Сегодня тоже не было исключением. Напротив меня, еле различимые силуэты активно обсуждали, что юбиляр, в честь такого праздника мог не жлобиться и нормальной водки поставить, а то поставил какое-то осетинское палево. Я хоть и был во хмелю, но в разговор вмешался и призвал обсуждальщиков соблюдать элементарные нормы приличия и не хаить стол. Шашлык отличный, водка вполне съедобная, а кому не нравится, может быть свободен, нам больше достанется. С противоположной стороны напряжённо о чём-то молчали. Я понял, дело двигается к скандалу с перспективой дальнейшего разговора "по душам". Неожиданно на мою сторону встал сосед справа. Судя по всему, он был из местных и в авторитете, так как его слушали внимательно. Сосед подтвердил мои слова, что водка вполне нормальная. А если противоположная сторона так не считает, то пусть вспомнит, какой грушевой гадостью их снабдили недавно, напрочь отмороженные в деле употребления алкоголя артиллеристы. Противоположная сторона многозначительно зацокала языками со словами "Да! Полные отморозки!".

Я, как и все остальные возмущался по поводу коварных артиллеристов. Справа сидящий шустрый старлей, после седьмой рюмки ушёл в аут, так и не успев разглядеть меня, в бедном свете керосинки. А я, плотно перекусив и хорошо выпив, отправился готовиться к завтрашнему выезду.


Октябрь 2012 года