# Ракетчик

Дмитрий Юрьевич Зиновьев

Над заснеженными антенными полями узла связи "Лопушок" выли суровые декабрьские ветра. Солдаты в казармах спали по системе "гамбургер": матрас снизу, матрас сверху, посередине -- боец в шинели под двумя одеялами. Часовые на постах бродили в надетых поверх ватников тяжеленных овчинных тулупах, шапках-ушанках с опущенными ушами, рукавицах и валенках. Упав в таком наряде в сугроб, часовой барахтался несколько минут, пытаясь принять вертикальное положение, а потом смиренно затихал и ждал смены, как свалившийся с боевого коня рыцарь Тевтонского ордена. Но и в вертикальном положении толку от бойца было не больше, чем от пугала: ни заметить в буране нарушителя, ни броситься вдогонку за ним, ни применить боевое оружие согласно уставу он все равно был не в состоянии. К счастью, нарушать периметр узла было некому и незачем.

Этой лютой зимой в южном Казахстане мерзло все. И только командира части, тщедушного подполковника Маслова, бросало в жар: шла годовая проверка.

Проверяющий из Москвы, серьезный толстый полковник с красной физиономией, в добротной шинели и папахе, носился по узлу связи, как гончая в предвкушении близости дичи. Залихорадило приемный радиоцентр. Поехал на гауптвахту в полном составе караул от подвижного радиоцентра. Коммутаторщики приняли сигнал SOS из песков Муюн-Кумов, с передающей площадки. Заболталась на ниточке третья звездочка на погонах командира хозвзвода страшего прапорщика Куюмжи... Оставляя за собой кровавый след дешевого красного вина, которым офицеры и прапорщики снимали по вечерам нервное напряжение, проверяющий медленно, но верно приближался к жемчужине "Лопушка" -- станции космической связи.

А "космонавты" не волновались. Отлаженная многочасовыми и многократными учениями процедура свертывания-развертывания станции и "качания" связи еще ни разу не давала сбоя. Как пелось в ротной песне, "мы повелители эфира // И мы готовы связь установить // В любой момент с любою точкой мира!" Лишь бы в этой точке тоже была станция космической связи, а в черном, хрустящем от мороза небе висел спутник-ретранслятор "Грань".

Как пелось все в той же ротной песне, "команда поступила внезапно": о предстоящей учебной тревоге экипаж оповестили всего за сутки. Бойцы, перекрывая все нормативы, выехали на антенное поле, развернули станцию, подняли "тарелку" и запустили дизель. Дизелист Махмутбергенов уютно устроился рядом с ревущим зверем и моментально захрапел. Караульные в овчинных доспехах побрели по периметру, готовые встретить супостата кинжальным огнем. Из электропечек в кунгах станции заструился горячий воздух. Станция космической связи приготовилась к работе.

Осталось найти "Грань". А на экране локатора -- черная, как казахстанская ночь, пустота. Нет, конечно, не совсем пустота. Тут и "Экраны", и "Молнии", и "Горизонты", и вражеские сателлиты. И даже несколько "Граней", прячущихся от нескромного гражданского ока под псевдонимом "Радуга". Но не всякая "Грань" нужна сегодня "космонавтам", а одна-единственная, номерная. Где ты, "Грань-23"?

В тесном натопленном кунге крутит ручки настройки антенны мрачный капитан Кривин. Антенна ходит влево-вправо, вверх-вниз, но не видит двадцать третью "Грань". Уже все нормативы провалены, уже вероятный противник давно забросал Муюн-Кумы вероятными атомными бомбами -- а "Грани" нет. Двойка вам, товарищ капитан! Погонами ответите! Срезайте звездочку! И командиру вашему число звезд уполовинят.

Подполковник (или уже майор?) Маслов стоит у входа в аппаратную и орет:

-- В Караганду упеку, в дисбат!

А капитан (или уже старлей?) Кривин подходит к проверяющему строевым шагом и докладывает:

-- Товарищ полковник, искусственный спутник земли "Грань-23" вошел в плотные слои атмосферы и прекратил свое существование!

Проверяющий вытаращил глаза:

-- Его что, сбили?

-- Так точно, товарищ полковник!

На войне -- как на войне!

Проверяющий в ступоре, не понимает, то ли правда враг сбил секретный спутник, то ли этот капитан совсем зарвался. Командир "Лопушка" открывает рот, как рыба на песке, глотает морозный воздух, а сказать ничего не может. Адьютанты за спиной проверяющего давятся от смеха -- давно такой комедии не видели. Если бы и впрямь случилась война, то было бы, конечно, не смешно. Но какая же может быть война в мирное время?

Повеселились -- и хватит. Все еще подполковник Маслов дает отбой. "Тарелку" опустили, дизелиста разбудили, дизель заглушили, станцию свернули, караулы сняли и гуськом вернулись в автопарк, в теплые вонючие боксы. Оттуда бойцы -- в промерзшую казарму, досыпать по системе "гамбургер", а товарищ капитан -- на разбор полетов, на полковое построение. Сейчас ему командир части расскажет, сколько звездочек с погон спарывать и в какой верблюжий угол паковать чемоданы.

Все закончилось хорошо, как в дешевом голливудском фильме. Через неделю пришла совершенно секретная телеграмма с новыми данными космической связи, где на месте злополучной "Грани-23" числилась "Грань-24". Отработала двадцать третья свой ресурс и упокоилась на дне Тихого океана.

Но с тех пор среди офицеров закрепилась за капитаном Кривиным обидная кличка "Ракетчик". И за дело: зачем, спрашивается, было спутник сбивать?


4